partagenocce (partagenocce) wrote,
partagenocce
partagenocce

Categories:

Иногда папа покупает сыну велосипед. Вроде он теперь собственность сына.

https://p-balaev.livejournal.com/290412.html

Ни Ленин, ни Сталин не были наивными мечтателями, парящими в облаках над прозой жизни, они понимали то, что не понимают сегодня совкодрочеры, которые называют поздний СССР государством общенародной собственности.
Собственность можно продекларировать общенародной. Но она от этого еще не станет общенародной по факту, пока народ ее не соизволит взять в собственность. А можно написать в Конституции, что все заводы принадлежат рабочим, но заводы у рабочих забрать.
Иногда папа покупает сыну велосипед. Вроде он теперь собственность сына. Но кататься пацан на нем может только тогда, когда родитель разрешит, и там, где разрешит. А потом еще папа может велосипед и пропить. Велосипед чья собственность? Вот так же с брежневской статьей об общенародной собственности в Конституции.

При Ленине проблема была другая. Психология народа. Большевики знали, что декретом психологию людей поменять нельзя, поэтому особо не горели желанием отобрать у капиталистов средства производства. Вначале речь у них шла только о рабочем контроле. Они собирались двигаться к общенародной собственности постепенно. Но ситуация с сопротивлением буржуазии всё поменяла. Пришлось провести национализацию.
И сразу начались проблемы – народ не понимал, что теперь завод принадлежит ему, а не дяде. Начался бардак. Пока большая часть рабочих была из числа тех, кто работал при капиталисте и был капиталистом отмуштрован, ситуация была еще более-менее терпимая. Но когда пошла к станкам молодежь… «Как закалялась сталь» читайте, там это описано в красках.
Ленин бился с этим бардаком, как рыба об лёд. Внимательно высматривал малейшие признаки осознания рабочими своего нового положения собственников: субботники, соревнование… И лично занимался пропагандой этих инициатив. Использовал любую возможность объяснить людям, что теперь они сами хозяева заводов. Убеждал их и вести себя по-хозяйски.
Понятно, что бросить средства производства без хозяина, т.е. оставить их в положении, когда они отданы рабочим, но рабочие их не хотят по психологическим причинам взять себе в собственность – этого делать нельзя было. Это к гибели страны привело бы.
Поэтому заводы перешли в государственную собственность. Не надо отождествлять государственную и общенародную собственность. Не всегда они синонимы.

[Spoiler (click to open)]И Владимир Ильич объявил о государственном капитализме, как о переходной стадии к социализму. Вот на госкапитализме более-менее выкарабкались, сумели восстановить промышленность до уровня 1913 года. Понятно, не столько на росте производительности, сколько на том, что теперь из промышленности не выводились средства в виде прибыли на развлечения буржуев в парижах.
А большевики тем временем искали и искали способ убедить народ взять в собственность эти фабрики-заводы…
В сельском хозяйстве ситуация была еще более сложной. Если завод государство могло взять под свой контроль, рабочие все-таки работали более-менее компактными группами, бригадира поставили контролировать – и проблема решена, то с крестьянами ситуация иная, к каждому пахарю и пастуху надсмотрщика не приставишь. Да и рабочие все-таки привыкли к труду коллективному, а крестьянин работяга-индивидуалист. Поэтому получилось только создать немногочисленные государственные сельскохозяйственные предприятия – совхозы, насколько предприятий хватило управленческих кадров и сознательных крестьян – столько и создали.
Вот к началу индустриализации страна и застыла в положении, когда промышленность находилась в государственной собственности, а деревня - море единоличников с островками государственных предприятий – совхозов.
И тут большевики, Сталин с соратниками, нашли революционное решение проблемы.

Решение проблемы было и революционным, и гениально простым. Сталинцы отказались от... зарплаты. Собственник должен же получать не зарплату, а доход? Ну, большевики и решили: получайте доход.
Вот именно это и ломало психологию бывшего крестьянина-единоличника, которого уговорами затащили в колхоз. Не сразу, естественно, произошла ломка. Первый год коллективизации крестьяне почти по всей стране вели себя как… как рабочие совхозов и колхозов брежневской поры. Без пинка не шевелились. И остались голодными. Но вот когда они получили на свои трудодни тот доход, который заработали саботируя работу, то в мозгах у них быстро всё прояснилось. Начался бурный рост производительности труда, да еще и механизация добавилась. Кстати, никогда Сталин о зарплате колхозников не говорил, всегда звучало «доходы колхозников». Понимаете?
В промышленности всё случилось даже позднее, чем в сельском хозяйстве, как это не удивительно на первый взгляд. Просто в небольшом коллективе, каким являлся колхоз, да еще когда происходило наглядное деление натурального продукта прямо на глазах работников – осознание того, что ты получаешь доход , а не зарплату, приходит легче. Да еще крестьянин всегда жил на доходе, ему в кассе зарплату никогда не выдавали, поэтому он врос очень быстро в общественную собственность. И заводом управляла назначаемая администрация, а колхозом – выборная. Колхозник сразу начинал себя чувствовать совладельцем, а рабочий так и продолжал смотреть на начальство по старинке.
И в промышленности уровень разделения труда гораздо выше, оборот капитала более быстрый и то, что видит крестьянин при разделе урожая, от внимания рабочего ускользает. Плюс – рабочие уже традиционно привыкли работать за зарплату.
И даже когда вместо окладов на заводах была введена сдельная форма оплаты труда и премирование по экономическому эффекту, т.е. от зарплаты осталось одно название, ее заменил доход, ситуация почти не менялась. До 1935 года. До Алексея Стаханова.
Алексею его рекорд дался совсем непросто. Дело не в том, что он долго думал, как изменить технологию. Проблема была в другом. Директор шахты послал его прогуляться лесом, когда он пришел к нему со своим предложением. Директор не понимал, что рабочий является уже не наемным работником, а собственником предприятия. Директор также не понимал, что он сам тоже не является наемным работником по Конституции. Он привык сидеть ровно на жопе, получая хорошую зарплату. Ему ровно на пятой точке сидеть не дали, он продолжил сидеть на зоне. А Стаханову дали понять, что он хозяин общенародной собственности. И он получил не зарплату, а то, что наработал, т.е. доход. А это была очень толстая пачка рублей. И еще – орден.
Власть более чем внятно дала понять рабочим, что она хочет их видеть хозяевами общенародной собственности, и подкрепила слова материальными благами.
На государственных предприятиях началось то, что было названо стахановским движением, а по сути – процесс взятия рабочими собственности. Собственность из просто государственной начала стремительно превращаться в общенародную
(государственную), как и было декларировано Конституцией…

Последовавший вслед за возникновением стахановского движения на предприятиях общенародной (государственной) собственности стремительный рост производительности труда – это только одна сторона медали процесса. Сразу же вниз полетели и издержки производства, а с кресел директора-управленцы. Кое-кому пришлось и пиджачок поменять на лагерный бушлат. Рабочий, почувствовавший себя собственником, спокойно мимо мешка мокнущего под дождем цемента не пройдет, он сразу направится в кабинет к директору и вынесет ему мозг. Кое-какие директора не успели сориентироваться в политике партии и государства, поэтому рабочему отвечали: «А тебе колышет?» . За такие ответы их и привлекали по 58-ой.

В своем стремлении сделать абсолютно каждого гражданина СССР собственником, государство зашло немыслимо далеко. Мы, заставшие брежневятину, даже представить себе не можем сталинской реальности. Дело в том, что не только артели… Частникам-единоличникам государство тоже помогало! Главное – не нанимай никого на работу. Потому что твой наемный работник – не собственник. Государство зорко следило, чтобы КАЖДЫЙ гражданин был собственником. Если ты такой индивидуалист, что тебе даже общественная собственность не подходит – хрен с тобой, будь частником. Но только в одиночестве. И тебе государство будет помогать, чтобы ты перерос свою психологию.

Не жили мы с вами уже в той стране, мы застали с вами совершенно другое государство…
И как только «сталинская модель» начала работать на полную мощность, началось масштабное расслоение народа по имущественному признаку. Вот это был любимый конек Троцкого – он с пеной на губах обвинял Сталина в этом материальном расслоении.
На городских улицах можно было встретить и конструктора-изобретателя на шикарном лимузине, и дворника в стоптанных сапогах. И женщину в соболях, знаменитую ткачиху-стахановку, и рядом с ней - тоже ткачиху, которая едва норму выполняла, в потертом лапсердаке.
В домах обычных инженеров – прислуга. Известные врачи, к которым пациенты в очереди выстраивались, имели еще и частную практику, строили себе на свои заработки трехэтажные дачи.
Было ли это социальной несправедливостью? Для жопоруких и жопоголовых – да. Для абсолютного большинства народа – это было высшей справедливостью. Собственник должен быть богаче наемного работника. И чем большей собственность владеет собственник, тем он должен быть богаче. А жопоголовому собственности в его кривые руки давать нельзя, пусть он ходит в стоптанных сапогах.
Нравилась народу такая жизнь? А как вы думаете, почему страна в день смерти Сталина захлебнулась в рыданиях, и почему в день смерти Брежнева по нашей студенческой общаге бегали комиссии, тщетно пытаясь нас заставить выключить магнитофоны с веселым рок-н-ролом?...

Вы думаете, что люди довольны жизнью, когда живут обеспеченно, богато? Нет! Если вы так считаете, то вообще не знаете ничего о психологии человека. Если человек будет всю жизнь жить в одной и той же квартире с санузлом, то он не будет более счастливым, чем тот, кто живет в бараке с толчком на улице. Пресловутая СТАБИЛЬНОСТЬ, которой нам все уши прожужжали, это – смерть для человека. Для нормального человека, конечно, а не для животного на откорме.
Человеку нужно постоянное улучшение жизни, а не стабильность. И чем более быстро улучшается его жизнь, тем более счастлив человек. Нормальному человеку всегда хочется большего, идиоту достаточно одной и то же похлебки в столовой психоневрологического диспансера.
Вот вас секрет любви народа к Сталину – постоянное и быстрое улучшение жизни. И народ понимал, что обитание со всей семьей в одной комнате коммунальной квартиры – это ерунда. Потому что народ знал – впереди отдельная квартира. Страна на глазах этого народа преображалась. Потому и комнатой люди были довольны, у них была не надежда, а уверенность – скоро будет лучше. Не просто – когда-то, через 15 лет стояния в очереди, а СКОРО! И люди в этой уверенности не шалтай-болтай шлялись по стройке, отбывая свои 8 часов, а пахали. Простои рабочих при отсутствии материалов и подготовленного фронта работ при Сталине были ЧП. При Брежневе - обыденностью.
Мы даже приблизительно не можем себе представить то ощущение счастья человека сталинского времени. Нам и 10 лет «стабильных» нулевых сегодня кажутся счастьем.
А когда всё в стране кипит, города на глазах растут, цены каждый год падают, а зарплаты все выше и выше…
Вспомните фильм «Высота», чтобы понять, насколько жизнь народа ухудшилась после Сталина под руководством таких «экономистов», как Косыгин. Там есть очень замечательный момент, который был показан правдиво именно потому, что создатели фильма его показывали, как негативный момент, в 1957 году это уже рассматривали, как негатив. Уже началось.
Так вот, бригада строителей, получив зарплату, в фильме «Высота», отправилась обмывать получку в … ресторан! Вы можете себе представить бригаду рабочих-строителей 80-х годов, которая после получки рванула в ресторан?

… Всё «экономическое чудо» И.В.Сталина – объясняется просто, если знать, что вождь был марксистом. Не надо фантазировать. Надо просто знать – вопрос СОБСТВЕННОСТИ! В нем всё и заключается. Именно поэтому катасоновы-стариковы так нагло врут о «сталинской модели», затрагивать вопрос собственности для них смертельно. Как только они о ней вякнут, так сразу от их идей останется только вонючая шелуха.
Народ-собственник любого агрессора порвет на куски, и города, превращенные в руины восстановит и в космос полетит. Наемный работник только из-под палки работать будет. Потому что собственник трудится, а раб – работает. Марксизм это.

А совкодрочерам, которые трут нам по ушам, что при Брежневе была общенародная собственность, нужно хотя бы подумать, ради чего совершаются все перевороты в государствах. У них хватит наглости отрицать, что именно ради СОБСТВЕННОСТИ?

https://p-balaev.livejournal.com/289944.html
https://p-balaev.livejournal.com/290272.html
https://p-balaev.livejournal.com/290412.html
https://p-balaev.livejournal.com/290566.html
https://p-balaev.livejournal.com/291224.html
https://p-balaev.livejournal.com/291359.html
https://p-balaev.livejournal.com/292074.html
Tags: СССР, экономика, экономика коммунизма
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments