partagenocce (partagenocce) wrote,
partagenocce
partagenocce

Category:

Самое интересное, что члены POUM, которых все называли троцкистами, себя таковыми не считали

А сколько сейчас таких "левых" к троцкистам себя не относящих?

https://rzhavin77.livejournal.com/68171.html

Барселона: дотянулся проклятый Сталин!
Гражданская война и троцкисты в Испании как катализатор Ежовщины в СССР?

Далековато от России расположена Барселона. Тем удивительнее, что даже там увековечены «жертвы сталинизма» – каталонские троцкисты. Что поделать: и туда дотянулся проклятый!
Гуляя по Ла Рамбле, самой знаменитой улице Барселоны, не забудьте остановиться у Hotel Serhs Rivoli Rambla. Место знатное: в годы гражданской войны там располагался штаб троцкистов-коммунистов из партии POUM, в котором неоднократно бывал сам Джордж Оруэлл, когда сражался против франкистов на стороне Испанской республики. На крыше дома напротив – Театра Пелиорама (Teatre Poliorama) – он даже несколько дней дежурил с винтовкой во время весьма драматических событий, о которых я расскажу позже. А сейчас вернёмся к гостинице.

На левом краю фасада, перед вывеской Subway – да, надо задрать голову, высоковато – висит чистая, но неприметная памятная плита из белого мрамора. На ней на чистейшем каталанском языке написано:

"Aquí, el 16 de juny de 1937, els seus companys veiérem per darrers vegada Andreu Nin (1892–1937), secretari polític del P.O.U.M., lluitador pel socialisme i la llibertat, víctima de l'stalinisme.
Els seus companys
Barcelona, 16 de juny del 1983"


Что в переводе на язык родных осин значит:

«Здесь, 16 июня 1937 года, товарищи в последний раз видели Андреу Нина (1892-1937), политического секретаря P.O.U.M., борца за социализм и свободу, жертву сталинизма.
Его товарищи
Барселона, 16 июня 1983 года»


Что же случилось 80 лет назад в Барселоне, и кто вообще такой этот Нин?

А началась эта история, по большому счёту, в России, в годы революций и Гражданской войны. Политическая борьба с завершением последней не прекратилась. С одной стороны, начался делёж власти среди победивших, с другой, поверженные, казалось бы, противники не унимались. Будучи не только свидетелем, но и непосредственным участником этого увлекательного процесса, товарищ Сталин разработал доктрину «усиления классовой борьбы по мере завершения строительства социализма», которую впервые высказал на пленуме ЦК ВКП(б) 9 июля 1928 года.

Установка же на начало чистки, как считается, была дана на пленуме ЦК ВКП(б) 23 февраля – 3 марта 1937 года. На этом пленуме со своим докладом «О недостатках партийной работы и мерах ликвидации троцкистских и иных двурушников» выступил Сталин, повторивший свою доктрину об «обострении классовой борьбы по мере строительства социализма». На пленуме были заслушаны обвинения в адрес Бухарина в подпольном сколачивании «право-левой» оппозиции, которая якобы должна была объединить как бывшие левые оппозиции (троцкисты с зиновьевцами), так и бывших «правых уклонистов» (Бухарин со товарищи). В распоряжении НКВД оказалась запись тайных переговоров Бухарина с Каменевым о создании подобной «право-левой» (в сталинской терминологии – «троцкистско-бухаринской») объединённой оппозиции. Кроме того, согласно докладу Ежова, Бухарин и Рыков якобы прямо планировали террор против Сталина. Ну и понеслась...

....

Главное отличие гражданской войны в Испании от российской заключалось в следующем. Если в России у «красных» было идейное единство, а «белые» представляли собой гремучую смесь из самых разных и порой враждебных друг другу политических сил, то в Испании, наоборот, у мятежников-фалангистов были более-менее монолитные взгляды, а вот республиканское правительство и местные органы власти были самым настоящим лоскутным одеялом.

Так, в Барселоне против фалангистов выступали социал-демократы, каталонские националисты, анархисты (среди них самой влиятельной была CNT-FAI: Иберийская Федерация Анархистов, Federación Anarquista Ibérica, FAI – боевое крыло анархо-синдикалистского профсоюза Национальная конфедерация труда, La Confederación Nacional del Trabajo, CNT) и коммунисты. Причём, последние делились на сталинистов и троцкистов. Сталинистами были члены Объединённой социалистической партии Каталонии (Partit Socialista Unificat de Catalunya, PSUC), которая являлась филиалом Коммунистической партии Испании (Partido Comunista de Españа). А их оппоненты были представлены Рабочей партией марксистского объединения (Partido Obrero de Unificación Marxista, POUM). Образована она была 29 сентября 1935 года в Барселоне в результате слияния Рабоче-крестьянского блока (Bloque Obrero y Campesino, BOC) и партии «Коммунистическая левая Испании» (Izquierda Comunista de España, ICE). Название партии – POUM – было выбрано в подражание звуку выстрела. Обе партии-предшественницы POUM занимали антисталинистские позиции, вот только Рабоче-крестьянский блок поддерживал Правую оппозицию в ВКП(б) и Бухарина, а «Коммунистическая левая Испании» — Левую оппозицию в ВКП(б) и Троцкого. А помните, о какой оппозиции товарищ Сталин говорил? Ага, о «троцкистско-бухаринской».

Самое интересное, что члены POUM, которых все называли троцкистами, себя таковыми не считали. Более того, они даже поссорились с Троцким, который объявил, что POUM – недостаточно революционна. Но кому до этого было дело, если одним из их лидеров являлся Андреу Нин, который не только одно время жил в Советской России, но даже был секретарём у самого Троцкого! А милые бранятся – что тешатся.
[Spoiler (click to open)]
Родился Андреу Нин-и-Перес (по-каталонски Andreu Nin i Pérez, по-испански Andrés Nin Pérez) в 1892 году в Каталонии в бедной семье сапожника и крестьянки, однако получил педагогическое образование. Стал социалистом, а потом одним из основателей Коммунистической партии Испании. В апреле 1921 года Нин участвовал в работе III конгресса Коммунистического Интернационала и I конгресса Интернационала красных профсоюзов в СССР, после чего остался и провел в Советской России девять лет. Первоначально Нин работал в Коминтерне и секретариате Профинтерна. Вступив в РКП(б), был избран депутатом Моссовета, сблизился с левой оппозицией и сотрудничал с Львом Троцким. Перевёл произведения многих русских писателей на каталонский язык. За участие в оппозиции Нин в 1926 году был отстранён от работы в Профинтерне и поставлен под надзор. Последующие четыре года он добивался у советских властей разрешения на выезд из СССР с семьёй – женой Ольгой Тареевой и двумя дочерьми, Ирой и Норой.

После возвращения в Испанию в 1930 году Нин искал пути объединения антисталинистски настроенных коммунистов, преуспел в этом, но вдрызг разругался с Троцким, который написал: «С начала испанской революции я находился в теснейшей связи с рядом работников, в частности, с Андреем Нином. Мы обменялись сотнями писем. Лишь в результате опыта многих и многих месяцев я пришёл к выводу, что честный и преданный делу Нин – не марксист, а центрист, в лучшем случае – испанский Мартов, то есть левый меньшевик». В общем, вы можете себе представить, что из себя представляло политическое руководство Испанской республики, если даже люди близких взглядов ссорились друг с другом из-за, казалось бы сторонним наблюдателями, незначительных вещей.

Несмотря на эту политическую разноголосицу, с началом Гражданской войны СССР начал оказывать всестороннюю помощь Испанской республике для борьбы с мятежниками и их иностранными пособниками: фалангистами, фашистами и нацистами. Из Советской России на Иберийский полуостров отправились не только красноармейцы, но и чекисты – как разведчики, так и контрразведчики.

В ходе тяжёлых кровопролитных боёв осенью 1936 – зимой 1937 годов Мадрид выстоял. Немалую заслугу в этом имеют и наши соотечественники и соплеменники: Поль Арман возглавлял первую танковую атаку республиканцев к югу от Мадрида, Пётр Пумпур – первый вылет истребителей в небе над испанской столицей, а по тылам фалангистов совершал разведдиверсионные рейды Артур Спрогис. Замечу, на поле боя коммунисты из СССР сражались против нацистов из Германии и фашистов из Италии. Выражаясь современным языком, вовсю шла прокси-война между Советским Союзом и Третьим Райхом. Задолго до ненавистного либералам «Молотого Риббентропа» и 22 июня 1941 года.

Однако пресловутая пятая колонна продолжала изнутри подтачивать силы республики. И вот борьбе против внутреннего врага республике помогали чекисты. В результате товарищу Сталину регулярно поступали их отчёты, которые давали богатую пищу для размышлений.

А тем временем в Испании чуть было не началась полномасштабная война среди самих республиканцев – гражданская война внутри гражданской. В эпицентре событий оказалась каталонская столица – Барселона. Как я писал выше, в руководстве единства там не было даже перед лицом общего врага. Особенно правительства Испанской республики и восстановленной Каталонской автономии (а заодно и Советского Союза) были недовольны анархистами, которые оказались тотально неуправляемыми. Так они устроили погром в Саграда Фамилия и чуть было вообще не снесли её (упомянутый Джордж Оруэлл называл эту барселонскую жемчужину «самым отвратительным зданием мира» и надеялся, что её разрушат). А жестокие репрессии против католических священнослужителей и осквернение мощей – это тоже в основном их рук дело. Демократический мир был в шоке, имидж республики был серьёзно замаран. Анархисты поражали своей неуёмной энергией, когда речь шла о расстрелах буржуев и священников, но на фронте показали себя весьма блекло. А всё дело было в отсутствии дисциплины, что сводило на нет весь их революционный порыв и бравады. К ним был близок POUM, который сильно не доверял ни Мадриду, ни Сталину, считая, что он хочет распространить свою диктатуру на Испанию, а не помочь ей. И не хочет делать Мировую революцию, а идёт на соглашательство с буржуями. А ради победы в Гражданской войне, как они полагали, нельзя жертвовать идеями Мировой революции.

В марте 1937 года в Барселоне начались стычки между сталинистами и троцкистами. В апреле появились первые убитые. В один день, 25 апреля, в разных местах погибли один коммунист из PSUC и четыре анархиста из CNT. Первомай прошёл спокойно, но в наэлектризованной атмосфере. Стороны конфликта собирались с силами. Не хватало только искры, чтобы всё полыхнуло.

С июля 1936 года телеграф в Барселоне (здание Telefónica на площади Каталонии, Plaça Catalunya) находился в руках анархистов. Это сильно напрягало власти, так как анархисты и союзные им троцкисты могли контролировать и записывать даже правительственные переговоры. И вот 2 мая 1937 года какой-то оператор-анархист прервал разговор, который вели между собой президент Испании Мануэль Асанья-и-Диас (Manuel Azaña Díaz) и руководитель Каталонской автономии (Generalitat) Льюис Компаньс-и-Жовер (Lluís Companys i Jover), сказав, что линия должна быть использована для более важных задач, чем болтовня между президентами. И как на грех, в тот же день в Барселоне произошла перестрелка между каталонскими националистами и анархистами из FAI, один из которых погиб. Терпение властей лопнуло.

То, что последовало дальше, не имеет названия в русском языке. Испанцы называют случившееся Las Jornadas de Mayo (de 1937), Sucesos de Mayo или los Hechos de Mayo. Каталонцы – Els Fets de maig (del 1937). Оруэлл это звал May Days или May Events. Беру на себя смелость дать произошедшему такое название: Барселонская маёвка.

С 3 по 8 мая на улицах каталонской столицы шли ожесточённые бои между правительственными силами и сталинистами, с одной стороны, и анархистами и троцкистами, с другой стороны. Начались они с упомянутой Telefónica, которую заняла полиция. Сходу она смогла занять только первый этаж, остальные оставались в руках анархистов, которые сложили оружие, только когда у них кончились патроны. Но в других местах всё только начиналось. Улицы города оказались перегорожены баррикадами, крыши домов ощетинились стрелками (одним из которых и оказался Оруэлл), кварталы оглашались треском винтовочных выстрелов и пулемётных очередей. В конце концов, сопротивление анархистов и троцкистов было сломлено. Жертвами Барселонской маёвки оказались от 500 до 1000 убитых и от 1000 до 1500 раненых.

Выждав паузу, после того как страсти слегка улеглись, власти арестовали руководство POUM 16 июня 1936 года. Вот тогда-то Нина его товарищи и видели в последний раз – его отделили от остальных арестованных. Считается, ......

Исчезновение Нина породило, как бы сейчас сказали, мем. Стены домов по всей республике были исписаны граффити, с вопросом, который задавали своим властям простые республиканцы: Gobierno Negrín: ¿dónde está Nin? («Правительство Негрина, где Нин?»). На что, впрочем, быстро был дан ответ: En Salamanca o en Berlín («Either in Salamanca or Berlin»), с прозрачным намёком, что «троцкист» Нин бежал к своим «хозяевам» – фалангистам (штаб-квартира Франко была в Саламанке) или нацистам. И последовавшая за этим круговерть войны, в ходе которой погибли 610 тысяч человек, а ещё 450 тысяч стали беженцами, заслонила собой гибель одного из многих, о его судьбе долго не было достоверных известий...

Думаю, профессиональные исследователи дадут оценку тому, что из сведений контрразведчиков, которые из Испании дошли до Сталина, было правдой, а что выдумкой с целью понравиться начальству. В любом случае, тут важно не то, что было на самом деле, а как обстановку в то время видело советское руководство через призму этих донесений. Сталин обнаружил, что его теоретические положения и предположения находят неожиданное подтверждение на практике. Таки троцкисты действительно не просто оппозиционеры, а самые настоящие враги, которые не словом, а делом вредят Мировой революции, хотя на словах всячески за неё! Данные выглядели неутешительными, выводы последовали решительные: беспощадно давить врага как в Испании, так и в СССР.

Практически сразу после Барселонской маёвки, с 12 по 29 мая, в СССР были проведены аресты комкоров, командармов и самого маршала Тухачевского. После очных ставок арестованные дали признательные показания, признав себя виновным в подготовке военного-троцкистского заговора в РККА, целью которого было насильственное свержение власти и установление в СССР военной диктатуры. Для реализации успеха якобы планировалось подготовить поражение РККА в будущей войне с Германией и, возможно, Японией. 12 июня обвинённых в шпионаже, измене Родине, терроризме и заговоре расстреляли.

Вскоре Троцкий, находившийся в изгнании в Мексике, направил во ВЦИК СССР телеграмму, в которой писал, что «политика Сталина ведёт к окончательному как внутреннему, так и внешнему поражению. Единственным спасением является поворот в сторону советской демократии, начиная с открытия последних судебных процессов. На этом пути я предлагаю полную поддержку». Телеграмма была переслана Сталину.

Tags: Испания, Оруэлл, Троцкий, интернационалисты, историческое
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments