February 15th, 2016

Размышления о том, почему мы проиграли. Два года спустя.

Оригинал статьи



Трудно говорить о том, что мы проиграли. Но именно так и есть. Русская весна, прокатившаяся по Юго-Востоку, завершилась поражением. И даже Донбасс, отстоявший свою свободу (точнее, его половина), в целом проиграл, потеряв тысячи жизней, получив хаос и разруху.

Сразу хочу предупредить, что это не плач и не крик «Все пропало!» Не поиск виновных, а попытка проанализировать произошедшее, с целью понять, как же так вышло и что нужно делать дальше.

Я буду писать по пунктам. Так проще и понятнее.

Итак, мы проиграли. Сразу же возникнет вопрос: что мы проиграли? Отвечаю: проиграли мы свое право на самоуправление, на свое мнение, свою историческую память и свое видение цивилизационного пути своего народа.

23 февраля 2014 года начались события в Крыму. Мало кто знает, что ночью 22 числа уже началось в Харькове, что стало, по сути, началом Русской весны. Стычка еще неорганизованных простых харьковчан с организованными майдановцами за памятник Ленину стала толчком к дальнейшим событиям. Можно считать этот день началом событий. Другие могут привязываться к более распиаренному митингу в Севастополе. Третьи – к народному штурму ОГА 1 марта и изгнания боевиков майдана из Харькова. Однако не столь важно. Очевидно, что конец февраля – начало марта стал временем начала народных волнений против новой власти в Киеве.

Сложнее ответить, когда все кончилось. Кто-то скажет, что побоищем в Одессе. Да, мирный протест на этом явно завершился. Даже на уровне бит и щитов. Стало ясно, что за свое мнение либо учись стрелять, либо засунь его поглубже и живи молча. Но в Харькове мирные митинги еще продолжались и последний прошел аж 23 августа 2014 года. Однако все это уже нельзя было назвать Русской весной. Это были скорее протесты по инерции, в основном чествования ветеранов войны и памяти Победы. Революционный подъем и ощущение силы ушли в том же Харькове гораздо раньше, после стычки на Плехановской, то есть 27 апреля. В общем, хронологические рамки событий возьмем в период конца февраля – начала мая 2014 года.

Итак, почему? Почему такой масштабный протест во многих городах, по-настоящему народный, такой неожиданный для всех и по заряженности ничем не уступавший оппонентам в Киеве, так позорно затих?

Причин много, начну с самой главной.

1. Протест в Киеве был заранее подготовленной акцией, продуманной и спланированной. Протест на Юго-Востоке был экспромтом, в чем-то пытавшимся подражать майдану. Притом, что стартовые условия были совершенно разными. И все эти годы Россия всерьез недооценивала роль и значение фондов, западных НПО и молодежных движений. Работу с украинскими СМИ. Нужен был готовый сценарий, а его попросту не было. В итоге, когда майдановцы в январе и феврале занимали госучреждения и планомерно шли к захвату власти, в марте и апреле у нас были «хороводы» по улицам с флагами, бессмысленные стояния и бесцельная болтовня. Только движение Губарева в Донецке действовало наиболее организованно. Но даже Павел в своей книге потом напишет, как тяжело ему все это давалось без какой-либо помощи из России.

Главная причина – отсутствие реальной подготовительной работы со стороны Кремля по поддержке пророссийского движения. Будь оно настолько массовым и имей серьезную поддержку хотя в половине областей – у режима просто не нашлось бы ресурсов для начала войны. Половина армии оказалась бы на охваченных восстанием территориях.

2. Но есть и вторая причина – менталитет наших людей. Если майдановцы реально верили, что их цель – вступление в Европу, и для этого они шли умирать (по крайней мере, после начала стрельбы на майдане они все не разбежались), то наши люди, не получив внятного ответа из Киева, поверили в скорый приход российских войск. Галичане верили в себя, мы же верили в Россию. Большинство надеялось ограничиться либо хождением с флагом, либо занять ОГА и «нам бы день простоять…». К таким же можно отнести и многих сторонников Стрелкова. Но о нем позже.

Именно в этом проблема. Послушав обтекаемые фразы Путина о «защите русскоязычных» и узнав, что «вежливые» в Крыму, люди были уверены, что так будет везде. Вера была святой и, что удивительно, она до сих осталась. Верят, что Путин их спасет. Это своего рода наш ответ вере в «европейское будущее», «вере в Украину» и прочим религиозным моментам, которые отличают наших идейных противников. Все это трансформация веры в «коммунизм», «царя-батюшку» и нашу старую добрую веру в чудо. Которой и живем. Но победить с такой верой нельзя изначально.

3. Третья причина, но не по счету. Беда всего протеста на Юго-Востоке – отсутствие поддержки со стороны крупного бизнеса. Кроме Севастополя, где местные нувориши были людьми с русскими корнями и местной исторической преемственностью сознания, как Чалый. В общем-то, даже крымский бизнес в итоге махнул на материк, хоть и частично. В остальных регионах бывшие друзья Януковича успешно смылись, а оставшиеся признали новую власть. Без бизнеса и его прикрытия, особенно без олигархов, которые контролируют СМИ и все в этой стране затевать что-то бессмысленно. Достаточно дать по сто гривен любой шпане, чтобы разогнать в итоге протест. Так и сделали, натравив футбольных фанатов (ультрас). Все их отличие от титушек заключалось в том, что их давно вышколили на предмет украинского патриотизма. Отсюда заряд и боевой задор, подпитанный финансово.

4. Проблема заключалась также в отсутствии настоящих харизматичных лидеров. Даже такие люди, как Губарев или Болотов, в большинстве городов не нашлись. Всех «вожаков» движения можно условно разделить на несколько типов.

- Провокаторы. Разные сомнительные личности, которые вели за собой толпу в западню, призывая к самоубийственным действиям. Впоследствии остались на свободе и ловко ушли от наказания со стороны режима. Пример – некто Земляникин, состоявший в Одесской Дружине, шедший впереди колонны 2 мая, а теперь спокойно разгуливающий по городу.

- Наивные дураки. Таких тоже хватало. Верили в скорый приход российских войск настолько, что самоотверженно ринулись на защиту ОГА в Харькове, бежали впереди всех на разгон майдановцев, уступая в числе в несколько раз, в Одессе. Сейчас такие либо в тюрьме, либо на том свете. И их никто оттуда не вытащит и о них уже все забыли. С одной стороны, самоотверженность и решительность этих людей заслуживает уважения. Но идти за такими людьми – прямой путь либо в тюрьму, либо на тот свет.

- Ловкие авантюристы. Красиво выступая на митингах, записывая видеообращения и призывая к борьбе, эти люди собирали сторонников и вели их за собой. Однако, как только ситуация поменялась, они первые исчезли из страны. Впоследствии многие объявились в России уже как эксперты и сотрудники научных институтов. Многие и сейчас выступают на российском телевидении в жарких схватках с представителями Украины и местной либеральной тусовки. Не будем называть фамилий. Все поняли, о ком идет речь.

- Местные политиканы. В основном это коммунисты, представители старых и новых политических движений, среди которых КПУ, Боротьба, Юго-Восток и т.д. Эти были меньше всех заинтересованы в развитии протеста. Им нужны были бесконечные марши и митинги безо всякого смысла. И сейчас многие из этих приспособленцев продолжают свою деятельность, только сменив вывеску. Запрещенные коммунисты назвались «Слобожанщиной», «Новой державой» и продолжили привычную возню, спокойно отказавшись от своих идеалов и принципов.

С таким выбором руководителей неудивительно, что у нас было несколько отдельных митингов на площади, толпу делили на части и вели в разные стороны. С другой стороны, а как еще могло быть, когда лидеры не были подготовлены заранее, единой программы действий не существовало? Нет смысла винить всех этих людей в предательстве «идей Русской весны». Появление их на гребне народной волны – ожидаемо, когда все пущено на самотек.

5. Когда говорили «Юго-Восток», забывали, что его как единого целого попросту не было. Были Одесса и Николаев как отдельный регион, отдельно Харьков, отдельно Донбасс. Отдельно Днепропетровск и Запорожье. В каждом регионе протест развивался по-своему. Где-то перешли к силовым действиям и борьбе за отделение от Украины, где-то до последнего выступали за федерализацию, а где-то ограничились небольшими акциями с российскими флагами. 6 апреля, когда началось восстание на Востоке Украины, Одесса его не поддержала. О каком единстве идет речь, если по сути есть только разрозненные группы пророссийского населения в разных концах страны?

6. Стрелков. Роль этого человека в событиях на Украине еще не раз оценят историки. Однако очевидно, что именно он перевел его в вооруженную плоскость. И, судя по постигшему его разочарованию, он просто стал заложником крымской эйфории, с которой приехал на Донбасс. Там он узнал, что Россия не собирается вводить войска и в конечном итоге уехал. Конечно, его роль в тех событиях была очень велика. В чем-то обвинять и критиковать его некорректно, но стоит признать, что протест Юго-Востока оказался не готов к такому уровню противостояния, заданному стрелковцами. Многие просто отказались от борьбы, не желая губить свою жизнь.

7. Протест не имел шансов изначально, поставив целью присоединение к России. Как бы кому-то этого не хотелось, но большинство населения, одевшего украинскую символику, отнюдь не было сторонником войны или бандеровцев. Это были люди, которых все устраивало и которые хотели жить как раньше. Многие такие люди изначально поддержали Антимайдан. Поэтому движение с самого начала раскололось на тех, кто против беспредела в стране и тех, кто за присоединение к России. Когда на площадях стали размахивать флагами Новороссии, протест начал сходить на нет.

С другой стороны, движение за то, чтобы все оставить как есть, движение, построенное не на предложении своего, а отрицании чужого – Антимайдан в своей основе не имел перспективы. Достаточно было увидеть, что по-русски говорить не запретили, бандеровцы в квартиру не вломились, как желание выходить на митинги резко пропало.

8. Господство украинских СМИ оказалось тотальным. Если в марте большинство населения поддерживало Антимайдан, то уже в апреле общество начало резко менять свой настрой. Когда же начались вбиваться в головы штампы о «колорадах», а затем о «сепаратистах», переломить сознание людей стало бесполезно. По сути дела, население убедили, что все, кто поддерживает Антимайдан – завезенные русские. Потом они трансформируются в «наемников на Донбассе». Даже если твой сосед одевал георгиевскую ленточку, ты начинал спрашивать у него российский паспорт. И самое главное. Население убедили, что те, кто выступает против украинской власти – выступает против самой Украины. Ты против Порошенко? Значит ты сепаратист! Такая логика быстро поделила общество на «патриотов», яростно защищающих власть, и «врагов», которые уже боялись публично ее осуждать. Именно перелом в настроениях на Юго-Востоке стал серьезным успехом работы пропагандистской машины киевского режима. И как-то бороться с этим после отключения российских каналов, создававших альтернативную точку зрения, стало невозможно.

Вот те причины, которые, на мой взгляд, привели к поражению нашего движения. Наверняка можно назвать еще, ведь их наверняка гораздо больше. Надеюсь, основные я назвал.

И теперь второй вопрос: «Что делать?» На мой взгляд, главное – не складывать руки. Еще летом 2013 года мы с друзьями пили пиво в саду Шевченко и рассуждали о том, что в Харькове нет русского движения. И тут такое! Да, теперь многие уехали, многие запуганы. Но идея осталась, осталась память о нашей борьбе. Бандеровцы были в гораздо более трудной ситуации во времена СССР, но свою идею они пронесли через поколения и она возродилась. Идея славянского единства, братства с Россией, справедливости и народовластия никогда не будет забыта. Как и память о великих победах наших предков. Главное – нести эту идею в себе и по возможности делиться ею с другими.

Никто не призывает бороться за нее с оружием в руках. Но распространять ее всеми доступными средствами – вполне в наших силах. Главное – не дать новому поколению забыть о прошлом, не затеряться в американских фильмах и играх, неонацистских сборищах, тусовках неформалов или просто приклеить взгляд к экрану монитора или планшета.

Даже если придется нести эту идею всю жизнь – это тоже миссия. И миссия немаловажная. Главное, чтобы рутина повседневности никогда не лишала заряженности, стремления к борьбе.

Идея – это все, что у нас есть.

Статья написана специально для сайта «Геополитика и мировая политика».
При полной или частичной перепечатке материала ссылка на сайт «Геополитика и мировая политика» обязательна.

Дата публикации: 03/02/2016 года

Статистика применения высшей меры наказания в разных странах в XIX веке:компаративистский анализ.

Оригинал взят у vbulahtin в Статистика применения высшей меры наказания в разных странах в XIX веке:компаративистский анализ.
из "сундучка" ЖЖ -- сокращенная запись о применении высшей меры наказания в разных странах
Оригинал взят у corporatelie в Статистика применения высшей меры наказания в разных странах в XIX веке:компаративистский анализ.

Небольшое лирическое вступление.

Тем кто учился на истфаках и читал патриархов советской историографии, известен один из наиболее излюбленных приемов советских историков обличать отсталый азиатский деспотический царизм 1880-1917гг.,- равняться на стереотипно прогрессивные и индустриальные страны Запада во всех аспектах. Признавая валидность данного метода, мне кажется, что до откровенной глупости и некорректности доходить все же не стоит.

Collapse )

Photobucket

Collapse )


Миф о недоступности сведений из архивов

Оригинал взят у tiina в Миф о недоступности сведений из архивов
Одной из наиболее распространенных легенд современной российской журналистики и публицистики является легенда о недоступности архивов. Легенда эта имеет очень широкое хождение, поскольку ею удобно оправдывать любые вымыслы и домыслы. Даже если излагаемая версия событий достаточно вздорна и явно лжива, нереалистична.



Collapse )


Загнать всех в лагеря за 10 рублей!

Оригинал взят у burckina_faso в Загнать всех в лагеря за 10 рублей!
Сколько в СССР, или т.н. кровавом совке, было узников пионерских лагерей подсчитать невозможно. Все городские мальчишки и девчонки прошли через это. Некоторые еще помнят, что родителям это стоило символических 10 рублей с копейками. А сколько это удовольствие обходилось государству? Вся бухгалтерия видна на этом раритетном фото:

Collapse )

Всякая туповатая пропаганда. Про ХЛЕБ.

Оригинал взят у burckina_faso в Всякая туповатая пропаганда. Про ХЛЕБ.

Что меня всегда умиляет в россказнях про злых большевиков и кровавого-кровавого Сталина, так это истории про крестьянский хлеб. С 17 года до конца жизни Сталина эти злыдни большевики постоянно «отбирали» хлеб у крестьян. Отбирали, отбирали, отбирали. И морили тех же крестьян голодом. Целенаправленно. Иногда по национальному признаку (голодомор), иногда просто так. Но всегда целенаправленно.

Collapse )


Вопрос о т.н. голодоморе закрыт

Оригинал взят у burckina_faso в Вопрос о т.н. голодоморе закрыт
Я для себя тему голода 1932-33 года, пожалуй, могу закрыть. В общем и целом там все теперь ясно. Ведь, что поражает в первую голову в этой трагедии для несведущего? То, что пик смертности крестьян Украины выпадает на июнь месяц 1933 года:

Именно на июнь приходится ситуация, когда старый урожай уже сьеден, а нового еще нет. Почему так вышло, отвечу позже.
Collapse )

Дотянулся проклятый Сталин

Оригинал взят у hrono61 в Дотянулся проклятый Сталин
Изданная в Голландии книга о сталинском "геноциде-голодоморе" 31-34 годов.


Collapse )

А фотографии почему-то из польского города Львова.

И вот так у них всё.

СУГС!


Часовня Черепов

Оригинал взят у masterok в Часовня Черепов


Часовня черепов (Kaplica Czaszek) – священный памятник, расположенный в Чермне в Нижней Силезии. Она находится примерно в одном километре от центра Кудова-Здруй у речной долины.


Collapse )


А вот кстати еще про черепа: Оссуарий, подземное озеро и парижские катакомбы, есть еще вот такая история про Очень странные ЧЕРЕПА , а вот таинственный Хрустальный череп или вот еще есть версия, что Инки – специалисты по трепанации черепа ?




Оригинал статьи находится на сайте ИнфоГлаз.рф Ссылка на статью, с которой сделана эта копия - http://infoglaz.ru/?p=45109

Как большевики спасли Россию от либералов

Оригинал взят у alexandr_rogers в Как большевики спасли Россию от либералов
Пришла пора для разговора о роли большевиков в истории России. Потому что без адекватного понимания прошлого будет очень сложно (если не невозможно) найти правильный путь в будущем.

И такой разговор невозможен без упоминания доклада комиссии Вернадского. Согласно данным доклада, по состоянию на 1915 год Российская Империя добывала только половину необходимых для полноценного научно-промышленного развития элементов, а отставание в промышленности было настолько критичным, что это грозило полным уничтожением России в течение последующих десятилетий. И что России, чтобы сохраниться, нужна экономика мобилизационного типа, способная в кратчайшие сроки осуществить масштабную модернизацию.
Генштаб РИ предельно серьёзно отнёсся к этому докладу, и когда к власти пришли большевики, поддержал их почти в полном составе, потому что его аналитики видели в РКП(б) единственную силу, способную осуществить такую модернизацию.

Большевики практически сразу после Великой октябрьской революции открыли пять научно-исследовательских институтов по работе с результатами доклада Вернадского, а за несколько лет довели численность таких институтов до двух десятков. Представьте себе: в стране гражданская война, войска Антанты в 150 км от Петрограда, а они открывают НИИ! Построение экономики на настоящей научной основе, впервые в мировой практике – это безусловное достижение большевиков.
ГОЭЛРО (план электрификации России), кстати, разрабатывался как раз этими «вернадскими» институтами и внедрялся под их постоянным надзором.

Впрочем, мы забегаем вперёд. Перед разбором событий 1917 года нужно обязательно упомянуть о записке Дурново (обо всех упомянутых документах можно более подробно прочитать по вставленным в тексте гиперссылкам).
В аналитической записке бывшего министра внутренних дел Петра Николаевича Дурново, поданной царю в 1914 году ещё до начала войны, сообщается, что Россия к войне не готова, а также достаточно точно предсказываются её возможные последствия, начиная с «беспросветной анархии» и заканчивая практически неизбежным приходом к власти социалистов в конце.

«Особенно благоприятную почву для социальных потрясений представляет, конечно, Россия, где народные массы, несомненно, исповедуют принципы бессознательного социализма… Русский простолюдин, крестьянин и рабочий одинаково не ищет политических прав, ему и ненужных, и непонятных. Крестьянин мечтает о даровом наделении его чужою землёю, рабочий – о передаче ему всего капитала и прибылей фабриканта, и дальше этого их вожделения не идут. И стоит только широко кинуть эти лозунги в население, стоит только правительственной власти безвозвратно допустить агитацию в этом направлении, – Россия, несомненно, будет ввергнута в анархию, пережитую ею в приснопамятный период смуты 1905-1906 годов… Война с Германией создаст исключительно благоприятные условия для такой агитации.
Как уже было отмечено, война эта чревата для нас огромными трудностями и не может оказаться триумфальным шествием в Берлин. Неизбежны и военные неудачи, – будем надеяться, частичные, – неизбежными окажутся и те или другие недочеты в нашем снабжении. При исключительной нервности нашего общества, этим обстоятельствам будет придано преувеличенное значение, а при оппозиционности этого общества всё будет поставлено в вину правительству».


Даже царские чиновники откровенно правых взглядов признавали, что русские – природные, «бессознательные» социалисты. И выступать против социализма – это выступать против самой русской природы. Отметьте себе эту мысль, а мы вернёмся в февраль 1917 года.

Царь, как известно, на предупреждения наплевал, вступив в ненужную Россию войну, в которой потери русских составили около 3,5 миллионов человек. А что ему, он уже до этого так же невозмутимо проиграл русско-японскую войну.

Итак, к началу 1917 года Россия уже третий год участвовала в Первой мировой, исполняя «роль тарана, пробивающего самую толщу немецкой обороны». За эти три года ей пришлось пережить огромные потери на фронте, «снарядный голод» ввиду слабости оборонной промышленности, продразвёрстку (а вы думали, что её большевики придумали?) и кучу других «прелестей», вплоть до голодных бунтов.
И пока на фронте гибли сотни тысяч солдат, а в тылу люди гибли от голода, царь-батюшка сидел на дачке, развлекаясь охотой на кошек и ворон.

Выдержка из личного царского дневника (святой великомученической дланью начертано):
«Гулял, убил двух ворон.
Ездил на велосипеде и убил 2 ворон.
Убил ворону.
Облава вышла веселая и удачная. Всего было убито 326 штук, из них пера 81.Мною: 1 фазанка, 1 глухарка, 12 тетеревей, 2 вальдшнепов, 3 сер. куропатки, 4 русака и 12 беляков – всего – 35 штук.
В Петербурге произошли серьезные беспорядки вследствие желания рабочих дойти до Зимнего дворца. Войска должны были стрелять»
И всё-то он в трудах, аки пчела…

Вот такой, мягко говоря, дегенерат и передавал (слагая с себя Богом данную ответственность перед Россией, если следовать монархистскому пафосу) в начале марта власть председателю Государственной думы Михаилу Родзянко.
Лично я считаю, что убивать отреченца не было никакого смысла. Его нужно было определить в «очистку» к Шарикову (с которым они несомненно нашли бы общий язык), где он бы реализовал в полной мере своё настоящее призвание убийцы кошек.

Кстати, тот самый Родзянко был лидером партии «Комитет 25 января Союз 17 октября», что намекает на некие исторические параллели.

Итак, условно 3 марта либералы и демократы пришли к власти в России в результате февральского переворота (здравствуй, Киев-2014!). И сразу же ожесточённо принялись Россию «спасать».
За достаточно короткий период с марта по октябрь «временное правительство»:
- развалило фронт, в результате чего численность дезертиров (зачастую вооружённых) превысила миллион человек;
- увеличило внешний государственный долг России с 38 миллионов рублей до семидесяти с лишним (практически в два раза);
- почти полный паралич промышленности, рост преступности, голод.

Иногда я думаю, что дух Керенского вселился в Яценюка. Результаты один к одному, только масштабы поменьше. Потом я вспоминаю, что десять лет назад точно также действовал Ющенко, и понимаю, что это общая доктринальная импотенция либералов.

В апреле, когда Ленин писал свои тезисы, уже было очевидно, куда ведут Россию либералы (точно так же, как я предсказывал результаты евромайдана ещё в ноябре 2013 года).
В июле, когда был озвучен тезис о вооружённом восстании, глобальный писец был уже очевиден большинству.
В октябре был уже такой беспредел, что большевики взяли власть практически без боя – в ходе переворота погибло всего шесть человек (и те, думаю, случайно, на нервах), а все войска временного правительства, которых было достаточно много, даже и не думали защищать либеральных убожеств.
Итак, в октябре 1917 года большевики забрали власть у либеральных «временщиков», стремительно разваливавших Россию. И фактически спасли её.

Что характерно, практически все «белые», как сторонники восстановления монархии, так и сторонники Учредительного собрания, пользовались иностранной помощью. «У пана Врангеля всё английское». Как финансовой и материальной, так и прямой военной. Французы в Одессе, немцы в Киеве, белочехи, белополяки, войска Антанты на северо-западном направлении и так далее.
Все эти Корниловы, Врангели, Деникины по сути были западными марионетками, и в результате там и оказались – в Берлине и Париже.

А единственной по-настоящему патриотической, по-настоящему русской силой оказались большевики. Которые в кратчайшие сроки сделали СССР мировым лидером.

P.S. Кстати, истерики монарьхисьтов и либерасьтоф без попыток оперирования фактами меня очень веселят. Так что давайте, жгите :)

Опубликовано http://jpgazeta.ru/uroki-fevralya-1917-go-kak-liberalyi-v-pervyiy-raz-pyitalis-unichtozhit-rossiyu/

Износ Аттракциона «Канцлер»

Оригинал взят у siluetov в Износ Аттракциона «Канцлер»


Комосса не просто редкий немецкий автор по тематике и носитель забавной фамилии, но и обладатель логичной для Заметок биографии http://de.wikipedia.org/wiki/Gerd-Helmut_Komossa.

В отличие от множества немецких заметочных героев, в частности Церберов Бундесвера  http://siluetov.livejournal.com/40864.html, а также отца того же Джона Шаликашвили или, скажем, вообще одного из немецких канцлеров Гельмута Шмидта, плен у Комоссы был самым, что ни на есть советским, а в американских учреждениях демократокрылых «переподготовок» он не проходил.

Видимо поэтому дожил-таки до 91-го года и продолжает здравствовать. Хоть книжку и не в Германии издают. В Германии, видимо, известные свободолюбцы и свободословцыJ
Пищи жёстче Т. Сарацина глаза не переваривают. И грусть Комоссы о том, что немецкие солдаты сегодня - суть охранники на лёгкой броне среди маковых полей Афганистана, видимо, не очень нравится...

Фома Аквинский в эпиграфе тоже впечатляет.

Цитата:
«Федеральная разведывательная служба присвоила тайному государственному договору от 21 мая 1949 года степень «строжайшей секретности». В договоре были закреплены основополагающие ограничения, наложенные победителями на суверенитет Федеративной Республики  в период до 2099 г., факт существования которых вряд ли у кого сегодня, думается, может уложиться в сознании. В соответствии с условиями договора за союзными державами закреплялось также «право на осуществление полного контроля за немецкими средствами массовой информации» вплоть до 2099 г. К тому же договор предусматривал, что перед принятием присяги каждый вступающий в должность Федеральный канцлер Германии по распоряжению союзников обязан подписать так называемый «канцлерский акт». Кроме того, союзники наложили арест на золотой запас Федеративной Республики»
Collapse )

Великий князь Александр Михайлович о большевиках

Оригинал взят у alexandr_rogers в Великий князь Александр Михайлович о большевиках

"Мне пришло в голову, что, хотя я и не большевик, однако не мог согласиться со своими родственниками и знакомыми и безоглядно клеймить все, что делается Советами только потому, что это делается Советами. Никто не спорит, они убили трех моих родных братьев, но они также спасли Россию от участи вассала союзников.
Некогда я ненавидел их, и руки у меня чесались добраться до Ленина или Троцкого, но тут я стал узнавать то об одном, то о другом конструктивном шаге московского правительства и ловил себя на том, что шепчу: "Браво!". Как все те христиане, что "ни холодны, ни горячи", я не знал иного способа излечиться от ненависти, кроме как потопить ее в другой, еще более жгучей. Предмет последней мне предложили поляки.
Когда ранней весной 1920-го я увидел заголовки французских газет, возвещавшие о триумфальном шествии Пилсудского по пшеничным полям Малороссии, что-то внутри меня не выдержало, и я забыл про то, что и года не прошло со дня расстрела моих братьев. Я только и думал: "Поляки вот-вот возьмут Киев! Извечные враги России вот-вот отрежут империю от ее западных рубежей!". Я не осмелился выражаться открыто, но, слушая вздорную болтовню беженцев и глядя в их лица, я всей душою желал Красной Армии победы.
Не важно, что я был великий князь. Я был русский офицер, давший клятву защищать Отечество от его врагов. Я был внуком человека, который грозил распахать улицы Варшавы, если поляки еще раз посмеют нарушить единство его империи. Неожиданно на ум пришла фраза того же самого моего предка семидесятидвухлетней давности. Прямо на донесении о "возмутительных действиях" бывшего русского офицера артиллерии Бакунина, который в Саксонии повел толпы немецких революционеров на штурм крепости, император Николай I написал аршинными буквами: "Ура нашим артиллеристам!".
Сходство моей и его реакции поразило меня. То же самое я чувствовал, когда красный командир Буденный разбил легионы Пилсудского и гнал его до самой Варшавы. На сей раз комплименты адресовались русским кавалеристам, но в остальном мало что изменилось со времен моего деда.
— Но вы, кажется, забываете, — возразил мой верный секретарь, — что, помимо прочего, победа Буденного означает конец надеждам Белой Армии в Крыму.
Справедливое его замечание не поколебало моих убеждений. Мне было ясно тогда, неспокойным летом двадцатого года, как ясно и сейчас, в спокойном тридцать третьем, что для достижения решающей победы над поляками Советское правительство сделало все, что обязано было бы сделать любое истинно народное правительство. Какой бы ни казалось иронией, что единство государства Российского приходится защищать участникам III Интернационала, фактом остается то, что с того самого дня Советы вынуждены проводить чисто национальную политику, которая есть не что иное, как многовековая политика, начатая Иваном Грозным, оформленная Петром Великим и достигшая вершины при Николае I: защищать рубежи государства любой ценой и шаг за шагом пробиваться к естественным границам на западе! Сейчас я уверен, что еще мои сыновья увидят тот день, когда придет конец не только нелепой независимости прибалтийских республик, но и Бессарабия с Польшей будут Россией отвоеваны, а картографам придется немало потрудиться над перечерчиванием границ на Дальнем Востоке.
В двадцатые годы я не отваживался заглядывать столь далеко. Тогда я был озабочен сугубо личной проблемой. Я видел, что Советы выходят из затянувшейся гражданской войны победителями. Я слышал, что они все меньше говорят на темы, которые занимали их первых пророков в тихие дни в "Кафе де Лила", и все больше о том, что всегда было жизненно важно для русского народа как единого целого. И я спрашивал себя со всей серьезностью, какой можно было ожидать от человека, лишенного значительного состояния и ставшего свидетелем уничтожения большинства собратьев: "Могу ли я, продукт империи, человек, воспитанный в вере в непогрешимость государства, по-прежнему осуждать нынешних правителей России?"
Ответ был и "да" и "нет". Господин Александр Романов кричал "да". Великий князь Александр говорил "нет". Первому было очевидно горько. Он обожал свои цветущие владения в Крыму и на Кавказе. Ему безумно хотелось еще раз войти в кабинет в своем дворце в С.-Петербурге, где несчетные книжные полки ломились от переплетенных в кожу томов по истории мореплавания и где он мог заполнить вечер приключениями, лелея древнегреческие монеты и вспоминая о тех годах, что ушли у него на их поиски.
К счастью для великого князя, его всегда отделяла от господина Романова некая грань. Обладатель громкого титула, он знал, что ему и ему подобным не полагалось обладать широкими познаниями или упражнять воображение, и поэтому при разрешении нынешнего затруднения он не колебался, поскольку попросту обязан был положиться на свою коллекцию традиций, банальных по сути, но удивительно действенных при принятии решений. Верность родине. Пример предков. Советы равных. Оставаться верным России и следовать примеру предков Романовых, которые никогда не мнили себя больше своей империи, означало допустить, что Советскому правительству следует помогать, не препятствовать его экспериментам и желать успеха в том, в чем Романовы потерпели неудачу.
Оставались еще советы равных. За одним-единственным исключением, они все считали меня сумасшедшим. Как это ни покажется невероятным, я нашел понимание и поддержку в лице одного европейского монарха, известного проницательностью своих суждений.
— Окажись вы в моем положении, — спросил я его напрямик, — позволили бы вы своей личной обиде и жажде мщения заслонить заботу о будущем вашей страны?
Вопрос заинтересовал его. Он все серьезно взвесил и предложил мне перефразировать вопрос.
— Давайте выразим это иначе, — сказал он, словно обращался к совету министров. — Что гуще: кровь или то, что я назвал бы "имперской субстанцией". Что дороже: жизнь ваших родственников или дальнейшее воплощение имперской идеи? Мой вопрос — это ответ на ваш. Если то, что вы любили в России, сводилось единственно к вашей семье, то вы никогда не сможете простить Советы. Но если вам суждено прожить свою жизнь, подобно мне желая сохранения империи, будь то под нынешним знаменем или под красным флагом победившей революции — то зачем колебаться? Почему не найти в себе достаточно мужества и не признать достижения тех, кто сменил вас?
Еще более жаркие дебаты ожидали меня в Клубе Армии и Флота [в США]. Его руководство считало само собой разумеющимся, что я буду проклинать Советскую Россию и предскажу неминуемый крах пятилетнему плану. От этого я отказался. Ничто не претит мне больше, нежели тот спектакль, когда русский изгнанник дает жажде возмездия заглушить свою национальную гордость. В беседе с членами Клуба Армии и Флота я дал понять, что я прежде всего русский и лишь потом великий князь. Я, как мог, описал им неограниченные ресурсы России и сказал, что не сомневаюсь в успешном выполнении пятилетки.
— На это может уйти, — добавил я, — еще год-другой, но если говорить о будущем, то этот план не просто будет выполнен — за ним должен последовать новый план, возможно, десятилетний или даже пятнадцатилетний. Россия больше никогда не опустится до положения мирового отстойника. Ни один царь никогда не смог бы претворить в жизнь столь грандиозную программу, потому что его действия сковывали слишком многие принципы, дипломатические и прочие. Нынешние правители России — реалисты. Они беспринципны — в том смысле, в каком был беспринципен Петр Великий. Они так же беспринципны, как ваши железнодорожные короли полвека назад или ваши банкиры сегодня, с той единственной разницей, что в их случае мы имеем дело с большей человеческой честностью и бескорыстием.
Так получилось, что за столом председателя, прямо рядом со мной, сидел генерал ***, потомок знаменитого железнодорожного магната и член советов правления полсотни корпораций. Когда под звуки весьма нерешительных аплодисментов я закончил, наши глаза встретились.
— Странно слышать такие речи от человека, чьих братьев расстреляли большевики, — сказал он с нескрываемым отвращением.
— Вы совершенно правы, генерал, — ответил я, — но, в конце концов, мы, Романовы, вообще странная семья. Величайший из нас убил собственного сына за то, что тот попытался вмешаться в выполнение его "пятилетнего плана".
Какое-то мгновение он молчал, затем попытался уйти от темы:
— Но что бы вы нам посоветовали предпринять, чтобы оградить себя от этой опасности?
— Честно говоря, не знаю, — сказал я. — Да и потом, генерал, это взгляд с вашей колокольни. Я русский, разве не видите.
Что же до остальных членов Клуба Армии и Флота, то я должен честно признать, что, когда первое потрясение прошло, они обступили меня, жали руку и хвалили за "искренность" и "мужество".
— Знаете, что вы сегодня натворили? — спросил президент клуба, когда я собрался уходить. — Вы сделали из меня почти что большевика..."
Взято здесь http://nnm.me/blogs/Dmitry68/velikiy-knyaz-aleksandr-mihaylovich-o-bolshevikah-2/

P.S. И да, я допускаю, что если бы вместо Николашки был Александр, то и большевики могли не понадобиться (я не упоротый доктринёр). Но история не знает сослагательного наклонения.

Вынесено из комментариев

Оригинал взят у awas1952 в Вынесено из комментариев
turcestanec 2016-02-03 17:04:53>

Помню во время попытки переворота в Иране в 2009-ом и в начале мятежа в Сирии довольно-таки много общался, спорил с либеральной братией в сети.

Интересно было наблюдать за тем, как ревнители общечеловеческих ценностей гневно клеймили «тирана» и «фашиста» Ахмадинеджада, ратовали за продвижение либерализма и демократии в Иране и постоянно скатывались к рассуждениям о том что, конечно, скорее всего «диктатор» получил большинство имеющих право голоса, но так как за него голосовали сельчане, беднота с окраин, рабочие с заводов и фабрик, не совсем человеки с точки зрения либералов, то победа несомненно должна быть за оппозицией, за которую был креативный городской класс. Истинные люди в отличие от быдла. На моё замечание о воле большинства меня гневно заклеймили как сталиниста и апологета тирании.

Это было во время событий в Иране. Когда же началась проклятая «арабская весна», та же публика с восторженным повизгиванием смаковала подробности страшной смерти Полковника Каддафи и влажно мечтала о том, чтобы и доктор Асад умер так же страшно. И причём не только Асад, но и его жена и его дети. Когда я пытался с ними спорить, взывал хотя бы к элементарному гуманизму и человеколюбию, меня обзывали «совком», сталинистом и прочая, прочая, прочая. И меня занимал вопрос, почему это я — «совок», «чёртов» сталинист, апологет тирании 0 не грежу о бутылке в анусе (пардон) врага, не мечтаю о том, чтобы человека насадили на кол, его жену изнасиловали и забили насмерть, а трупы малолетних детей таскали по улицам, а все эти «общечеловеки», дерущие глотки за свободу и права личности, хотят этого, жаждут этого, слюни роняют в предвкушении этой мерзости.

А в самом деле — почему?