May 22nd, 2019

Запрет песни "Темная ночь" в Польше вызвал протест в соцсетях

Запрет польской версии песни "Темная ночь" в переводе Юлиана Тувима уже вызвал протесты. В соцсетях делятся ее видеозаписью, а Gazeta Wyborcza опубликовала вчера статью с говорящим названием "Зона шариата в музее Второй мировой войны" - где отмечается, что это не единственный случай подобной цензуры и не частный эксцесс директора гданьского музея Кароля Навроцкого:

"Ранее, внося изменения в основную экспозицию, Навроцкий уже изъял из нее упоминание о количестве бойцов, прошедших через советские партизанские отряды. В черно-белом историческом дискурсе "Права и справедливости" красноармейцы фигурируют лишь как абсолютное зло, в нем нет места идее, что они принимали участие в освобождении Польши и концентрационных лагерей. Недавно я ехала на поезде, который шел из Жешува в Краков, и кто-то в вагоне начал играть на скрипке мелодию "Катюши". Кароль Навроцкий наверняка велел бы высадить такого скрипача на ближайшей станции.

Мне также вспоминается история, случившаяся в Лодзи: депутату городского собрания от "Права и справедливости" Петру Адамчику помешало присутствие в репертуаре Лодзинской филармонии произведений Шостаковича и Прокофьева. В 2015 году он подал запрос на эту тему, в котором писал: "На самом ли деле наша публика хочет слушать таких композиторов, как Дмитрий Шостакович с его просоветским творчеством (посвященная Ленину Симфония № 12, музыка к фильму "Новый Вавилон" о члене Парижской коммуны) или Сергея Прокофьева с его кантатой "Александр Невский"?". У меня просто опускаются руки. Если Петр Адамчик и прочие представители "Права и справедливости" не понимают, какое место занимают эти композиторы в истории мировой музыки, то, пожалуй, уже ничего не поделаешь.

Невежды из "Права и справедливости" хотят принимать решения за граждан и говорить им, что слушать. Может быть, тогда лучше вообще запретить музыку, как в Иране в 1979 году при талибах или в "Исламском государстве"? Сейм в его сегодняшнем составе наверняка принял бы соответствующий закон за одну ночь".



А красиво звучит по-польски...
Latvjustrelnieki

Расстрел большевиков.

Историки.су продолжают размещать материалы о Латвии.
Ролик на ютубе: https://youtu.be/uWeaHsYhdDc



РАССТРЕЛ БОЛЬШЕВИКОВ

Бертранд Пэтнод (Bertrand M. Patenaude)

Поздним вечером 26 мая 1919 г. на поле в тридцати милях за Ригой отделение из девяти немецких солдат казнило 18 латвийских большевиков. Заключённые были расстреляны группами по три человека, каждый получил по пуле в грудь и по две в голову, а затем сброшен в свежевыкопанную могилу. «Это был образец немецкой аккуратности», - писал капитан армии США Ховел Форман (Howell Foreman), свидетель казни.

Капитан Форман был одним из дюжины американцев, чьё присутствие при этой казни могло в тот день повлиять на действия расстрельной команды. Повлиять это могло, потому что один из них, лейтенант Франк Джонсон (Frank Johnson),оказался оператором кинохроники. Его кинокамера запечатлела сцену на века: зачитывают приговор, заключённых разувают, а затем немецкие солдаты деловито выполняют свою задачу. Лента Джонсона в то время была одной из наиболее сенсационных сцен, снятых кем-либо раньше. Даже сегодня, после десятилетий запечатлённых на фото и видео зверств, холодно срежиссированная сцена казни восемнадцати большевиков является леденящим  душу зрелищем. Эта плёнка хранится сегодня в архиве института Гувера, как часть коллекции фильмов Германа Аксельбанка (Herman Axelbank Motion Picture Film Collection). По иронии первый публичный показ в Нью-Йорке в январе 1920 г. цикла фильмов Джонсона был также связан с именем Герберта Гувера.

После перемирия 11 ноября 1918 г. Гувер был в составе американской миссии по мирным переговорам вместе с президентом Вудро Вильсоном и другими дипломатами США. Среди прочих своих функций Гувер, как глава Американской администрации помощи (в то время государственной организацией), играл большую роль в координации доставки американского продовольствия в Центральную и Юго-Восточную Европу и на Ближний Восток. Доставка продовольствия осложнялась присутствием враждебных вооружённых формирований, оспаривающих территории, которые ранее принадлежали Германской, Российской, Австрийской и Оттоманской империям.

Главную озабоченность дипломатов союзников в Париже вызывал большевизм, который мог заполнить вакуум, оставленный после вывода немецких войск из Прибалтики. Поэтому союзники решили оставить немецкие войска на месте и помочь отражению распространения инфекции русского большевизма. По словам официальной истории Американской администрации помощи, написанной вскоре после событий, «большевизм, а не Германия был главной опасностью. Большевизм был неконтролируем и угрожал всему миру. Германия, оставаясь опасностью, была побеждена и могла контролироваться. Любой ценой следовало удержать большевизм от прорыва за эти буферные государства».


Collapse )