May 27th, 2020

ЭСЭСОВЦЫ ДИВИЗИИ СС "ГАЛИЧИНА" ОБЪЯВИЛИ СЕБЯ ПОЛЬСКИМИ ГРАЖДАНАМИ

В спасении членов дивизии СС "Галичина" от правосудия сыграл роль Ватикан
https://varjag2007su.livejournal.com/6761121.html

Когда сейчас обвиняют СССР в том, что сегодня слишком много в живых ненаказанных эсэсовцев дивизии СС "Галичина" - обвинения не по адресу.

Дивизия СС "Галичина" в мае 1945-го года сдалась в плен (предварительно переназвав себя УНА) англичанам.

Взятые в плен британцами солдаты, унтер-офицеры и офицеры дивизии СС-Галичина были разделены – немцы отдельно, украинцы отдельно. Украинцев поместили в британском лагере в Италии. В связи с наличием договорённости между СССР и союзниками должна была последовать выдача советской стороне всех её граждан. Ввиду того, что западные союзники никогда не признавали аннексии Советским Союзом Западной Украины, была установлена дата 1.IX.1939 года, как юридическое положение в сфере действия гражданства. Т.е. ТОЛЬКО БЛАГОДАРЯ ТОМУ, ЧТО ЭСЭСОВЦЫ ДИВИЗИИ СС "ГАЛИЧИНА" ОБЪЯВИЛИ СЕБЯ ПОЛЬСКИМИ ГРАЖДАНАМИ, украинский состав дивизии СС-Галичина избежал выдачи в советские руки. Ввиду того, что в результате различных обстоятельств в эту дивизию попало некоторое количество украинцев «схидняков» (из Восточной Украины), они должны были быть выданы СССР. Те, кто стремился избежать этой процедуры, добивались подтверждения, что до 1.IX.1939 года были гражданами Польши. Иначе говоря, украинцы из дивизии СС-Галичина ссылались на своё польское гражданство, что спасло их от советских рук.

Кроме того, экс-губернатор Галиции Вехтер выступил с идеей, которую поддержал Ватикан, присоединения Украинской Дивизии к польской армии генерала В. Андерса, исходя из предположения, что украинцы в Дивизии с юридической точки зрения являются бывшими гражданами Польши.

Бандеровский историк Косик объясняет: «Взятые под опеку британцев солдаты украинской дивизии получили статус членов вражеских сил, которые добровольно сдались. После расследования Правительство Великобритании приняло решение о неприменении по отношению к ним постановлений соглашений в Ялте, касающихся репатриации советских граждан. Это решение было принято, тем более что большинство членов дивизии являлось польскими гражданами (…) Украинские военнопленные были освобождены в 1946 и 1947 годах и могли эмигрировать в Великобританию или США».
Также в спасении членов дивизии СС-Галичина сыграл роль Ватикан, в результате вмешательства епископа Ивана Бучки.

Эсэсовцы 2 года провели в в британских лагерях для перемещенных лиц в Белларии и Римини в Италии, после чего получили возможность выехать сначала в Британию, а потом в Канаду

Подчеркну: эсэсовцы дивизии СС "Галичина" остались ненаказанными потому, что благодаря ходатайству Ватикана англичане признали их ПОЛЬСКИМИ ГРАЖДАНАМИ.

Стеклянный кошмар: очистка ядерного наследия Холодной войны в Хэнфорде

https://habr.com/ru/post/504074/

Три десятилетия учёные очищали 177 гигантских резервуаров с радиоактивной грязью в Хэнфордском комплексе. И эти работы только начаты.

Хэнфордский комплекс на юге штата Вашингтон вырабатывал оружейный плутоний во время Второй мировой войны и Холодной войны. Хэнфордская «вит-фабрика» разработана с целью подчистить отходы этого ядерного наследия.

Это место описывают с использованием превосходных степеней. Журналисты назвали его самым загрязнённым местом в западном полушарии. Также на этом месте расположилась одна из крупнейших строек мира.

В Хэнфордском комплексе на юге штата Вашингтон под песчаной почвой покоятся 177 гигантских баков, до краёв заполненных радиоактивными остатками 44 лет производства радиоактивных материалов. Со Второй мировой войны и всю Холодную войну ХФ выдавал плутоний, из которого было создано более 60 000 ядерных зарядов, включая атомную бомбу, стёршую с лица земли Нагасаки в августе 1945. Разраставшееся производство в итоге загрязнило почву и грунтовые воды, оставив за собой 212 млн литров токсичных отходов – достаточно для того, чтобы заполнить 85 бассейнов олимпийского размера. Уже несколько десятилетий комплекс не выдаёт плутоний, а правительство США до сих пор не может придумать, как очистить эту местность.

Сегодня это комплекс площадью в 1500 км2, что составляет примерно половину Род-Айленда [или сравнимо с Санкт-Петербургом / прим. перев.], представляет собой заросшее полынью и дымчатыми травами поле близ Ричленда в заливе Уош. Подземные резервуары из стали и укреплённого бетона сгруппированы в «фабрики» и находятся под центральной равниной, а закрытые ядерные реакторы окружают их как часовые. Учёные нашли уже 1800 различных загрязнителей внутри этих баков, включая плутоний, уран, цезий, алюминий, йод и ртуть. Вся эта масса, густая, как арахисовое масло, и солевые лепёшки, по консистенции напоминающие мокрый песок на пляже, залиты водой.

Все эти отходы остались от насыщенных военных времён и инноваций Холодной войны. [Spoiler (click to open)]С 1943 года эксперты из Хэнфорда первыми разрабатывали безопасные промышленные методы химического разделения плутония и облучённого урана. Их изначальный висмут-фосфатный процесс выдавал «таблетки» плутония размером с хоккейную шайбу, из которых затем формировали ядра, и использовали сначала в испытании атомной бомбы Тринити в 1945 году в Нью-Мексико, а затем для бомбы, сброшенной американцами на Нагасаки. За годы разработок специалисты придумали пять различных процессов, кульминацией которых стал пьюрекс-процесс (plutonium uranium extraction, PUREX), превратившийся в глобальный стандарт переработки ядерного топлива.

Каждый из методов порождал собственные отходы, которые хранились на месте переработки, а потом закачивались в подземные хранилища. Когда некоторые из старых резервуаров с одиночными стенками через много лет начали протекать, рабочие перекачали жидкости в новые, более надёжные баки с двойными стенками. При смешивании различных отходов проходили разные химические реакции, в результате чего каждая ёмкость оказалась заполненной собственной сложной смесью из жидкостей, твёрдого вещества и слякоти.

В итоге, когда в 1987 году Хэнфордский комплекс закончил выдавать плутоний, в хранилищах оказалось смертельное варево из химикатов, металлов и долговечных радионуклидов. Среди 177 баков не найдётся пары с одинаковой смесью внутри, но все они представляют значительный риск для общественности. Комплекс граничит с рекой Колумбия, снабжающей водой местные картофельные поля и виноградники, служащей местом размножения лосося, и обеспечивающей питьевую воду для миллионов людей. Пока что из стареющих и ржавеющих резервуаров наружу утекло порядка 4 млн литров жидкости. Некоторые эксперты считают, что рано или поздно оттуда просочится ещё больше отходов.

Министерство энергетики США (DOE), управляющее Хэнфордским комплексом, десятилетиями нацеливалось на обработку и "витрификацию", или стеклование отходов для их безопасного хранения. Витрификация – проверенный временем метод обездвиживания радиоактивных отходов путём превращения их в стеклянные блоки. Заключённые в такую оболочку вредные радионуклиды не могут добраться до рек или грунтовых вод. Для улучшения изоляции большую часть радиоактивных блоков помещают в стальные контейнеры, которые затем хранят в сухом и геологически стабильном подземном хранилище. Фабрики витрификации построены и успешно работают в Бельгии, Франции, Германии, России, Британии и США.

Факты

177 резервуаров с отходами в Хэнфорде содержат от 208 000 до 3,8 млн литров отходов каждый.

Всего в баках хранится 212 млн литров токсичных отходов — достаточно для того, чтобы заполнить 85 бассейнов олимпийского размера.

Всего там находится 149 баков с одинарной стенкой, построенных с 1943 по 1964, и 28 более крупных баков с двойными стенками, построенных с 1968 по 1986.



Однако отходы в Хэнфорде уникальны по сравнению с мировыми аналогами, как по составу, так и по объёму. Перед тем, как превратить их в стекло, работникам для начала нужно понять, что именно находится внутри каждого бака, а потом разработать формулы для получения стекла для каждой партии.

Это монументальная задача – и она представляет собой всего лишь одну грань крупнейшего инженерного проекта в мире. В центре всей работы находятся несколько крупных производств под общим названием названием «Фабрика по обслуживанию и обездвиживанию отходов», или Хэнфордская вит-фабрика [от «витрификация»], раскинувшаяся на 25 гектаров. На сегодня, по оценкам DOE, на завершение строительства фабрики, которым занимаются компания Bechtel National и кучка подрядчиков, понадобится $16,8 млрд. Пока учёные теряются в догадках касательно содержащихся в хранилищах Хэнфорда отходов, а подрядчики подводят электричество к новеньким зданиям, над проектом нависают тучи проблем – от огромных превышений смет и серьёзных ошибок при строительстве до сорванных сроков. Хэнфордский комплекс, зародившийся и в спешке строившийся в пылу Второй мировой войны, сегодня медленно ковыляет извилистой дорожкой к скрывающейся где-то вдали финишной черте.

«Хэнфорд – проект уникальный», — говорит Уилл Итон, руководитель проекта стеклования в национальной тихоокеанской северо-западной лаборатории (PNNL) министерства энергетики в Ричленде. «Мы проработали множество деталей, чтобы гарантировать наибольшую вероятность достижения реального, эффективного успеха. Поскольку проект этот долгий». «Моя цель – запустить эту фабрику до того, как я уйду на пенсию», — добавляет 53-летний Итон.

Я приезжал к Итону в июле 2019 года, чтобы лучше понять многочисленные задачи, стоящие перед этим проблемным витрификационным проектом. Я встретился с ним ярким солнечным днём на кампусе PNNL, находящемся в оазисе из зелёных деревьев, растущих посреди заросшей мелким кустарником степи. Хэнфорд начинается прямо через улицу, и тянется до плоского гребня горы Рэтлснейк.

Итон держит в руках сосуд из прозрачного оргстекла диаметром в 13 см. В мае 2018 года его команда использовала подобные контейнеры для стеклования 11 литров отходов из двух резервуаров Хэнфорда. Для безопасности эксперимент проводили под покровом радиоизотопного пара. Пока что в этих ёмкостях содержатся самые крупные образцы остеклованных отходов Хэнфорда – и это после трёх десятилетий работы и миллиардов потраченных долларов. Осталось остекловать всего 211 999 989 литров.

1. Резервуары

После встречи с Итоном я поехал в Хэнфорд. DOE не разрешает отдельным журналистам посещать вит-фабрику, поэтому я выбрал наиболее близкий вариант – пошёл вместе с общественной экскурсией на очистное сооружение. Мы вместе с десятком пассажиров ехали в автобусе с кондиционером по резервации, большая часть которой напоминает пришедший в запустение парк. Вдалеке возвышались высокие горы, разрезанные древними реками. Стада оленей искали тени под веретенообразными деревьями недалеко от заброшенной школы.

Зрелище неуместное, но яркое. В 1943 году в рамках Манхэттенского проекта, правительство США национализировало обширную территорию, включая города Уайт Блаффс и Хэнфорд, чтобы построить на этом месте комплекс по изготовлению ядерного оружия. Правительство приказало 1500 домохозяйств покинуть свои фермы и города, а американским индейцам запретили посещать святые места, где они занимались рыбалкой, охотой и отправлением различных ритуалов. К западу от этого места племя ванапум всё ещё живёт в соседней общине.

Автобус поднимался на центральное плато, и обширные свободные территории сменялись гудящими автопогрузчиками, рабочими в касках и зданиями в лесах. Наш экскурсовод отметил, что его внучатый племянник работает здесь сварщиком, а всего там трудятся строители в количестве 2800 человек.

Вит-фабрика (от «витрификации») появилась в результате всеобъемлющего соглашения от 1989 года, заключённого DOE, агентством по охране окружающей среды США, и экологическим департаментом штата Вашингтон. Строительство началось в 2002 году, должно было закончиться к 2011, и обойтись в $4,3 млрд. Однако вскоре возник целый ряд серьёзных непредвиденных проблем, включая опасное накопление водорода в трубах и вспомогательных ёмкостях, неподходящую вентиляцию для работы с радоном и другими газами, выделяющимися при распаде радиоактивных отходов. Стоимость строительства взлетела, а временные рамки отодвинулись.

Сегодня вит-фабрика – это комплекс зданий, расположившихся на площади небольшого города. Для 56-и его систем требуется энергосеть, которая могла бы питать до 2250 домов. Система водяного охлаждения могла бы охлаждать воздух в 23 500 домах. В резервуар объёмом 1,3 млн литров влезло бы дизельного топлива, которым можно было бы заправить до 19 000 автомобилей разом.

И даже по завершению строительства вит-фабрики сама очистка отходов займёт несколько десятилетий. В отчёте по стоимости, временным рамкам и жизненному циклу Хэнфордского комплекса от 2019 года DOE оценивает, что процесс стеклования и избавления от отходов в Хэнфорде будет стоить $550 млрд и займёт 60 лет.

Согласно плану, отходы должны перетечь по подземным трубам в массивный цех предварительной подготовки. Этот цех в итоге должен быть 12-этажной высоты, хотя во время моей экскурсии на его месте красовался только контур из металлических конструкций, над которыми без движения застыл жёлтый кран. Внутри герметичных резервуаров пульсо-реактивные мешалки, работающие, как пипетки, будут засасывать отходы и выстреливать ими с высокой скоростью, чтобы всё содержимое бака было перемешено, и твёрдые частицы не оседали. Ионно-обменные установки удалят изотопы с высокой радиоактивностью, разделив поток отходов на две группы. Отходов с высокой радиоактивностью там содержится порядка 10% от общего количества по объёму, однако они отвечают за 90% радиации, говорит Итон. Оставшиеся отходы считаются отходами с низкой радиоактивностью, и содержат совсем немного радионуклеидов.

Разные потоки отправятся в соответствующие цеха стеклования для высокорадиоактивных и низкорадиоактивных отходов. В обоих цехах техники будут смешивать отходы с кремнием и другими формирующими стекло материалами, а потом выливать всё это в плавильню с керамическими стенками. Погружённые в неё электроды разогреют плавильню почти до 1150 °C, превратив эту смесь в ярко-красную массу расплавленного стекла. Отходы с низкой радиоактивностью будут заливать в контейнеры из нержавеющей стали, где они будут охлаждаться и затвердевать, превращаясь в брёвнышки длиной 2,3 м и диаметром 1,2 м. Отходы с высокой радиоактивностью зальют в более длинные и тонкие канистры длиной 4,4 м и диаметром 0,6 м из того же материала.

Побочные газы, включая пар и оксиды азота, будут выходить через сопло в крышке плавильни, где их будут собирать и очищать от радиоактивных изотопов, чтобы не дать загрязнениям попасть в окружающую среду.

Ежегодно до 1000 таких брёвен в стальной оболочке, содержащих материал с низкой радиоактивностью, будут выходить из цеха, а затем погружаться в землю недалеко оттуда. На территории комплекса также расположится аналитическая лаборатория, которая будет проверять 3000 стеклянных образцов с низкой активностью ежегодно, чтобы гарантировать, что остеклованные отходы соответствуют требованиям регуляторов.

После завершения постройки цеха обработки высокоактивных отходов он должен будет выдавать по 640 канистр в год. Остеклованные отходы высокой активности считаются слишком опасными, чтобы хранить их там же, даже когда они находятся внутри стальных канистр. Вместо этого их будут перевозить на пока ещё неопределённое место. По первоначальному плану эти отходы предлагалось складывать в глубоком геологическом хранилище типа репозитория Юкка Маунтин, который давно уже планируют закончить, да всё никак не могут. Строительство хранилища началось в 1994 году, однако при администрации Обамы было заморожено из-за яростного сопротивления политиков из Невады, групп американских индейцев, защитников окружающей среды и других. Трамп в первые дни на посту президента разморозил строительство, а недавно передумал. На сегодня не существует планов по постройке глубокого хранилища где-либо на территории США.

Тем временем, эксперты из Хэнфорда думают над тем, как кардинально уменьшить количество остеклённых брёвен, которые им придётся выпускать и хранить. Когда 18 лет назад строители начали работу над вит-фабрикой, исследователи разрабатывали технологию, по которой в каждом стеклянном бревне будет содержаться не более 10% отходов, а всё остальное придётся на долю материала, формирующего стекло. Команда из PNNL, моделируя различные формулы, обнаружила, что может удвоить содержание отходов, доведя их до 20%, в частности благодаря новым способам хранить там больше алюминия, хрома и других химикатов. Это может уполовинить количество стеклянных брёвен, которые необходимо будет произвести и хранить в Хэнфорде.

2. Витрификация
....

3. Проект в процессе разработки
....

Кого лечит доктор Мясников?

Ну, тот самый «кому положено умереть — все равно умрут», а еще мы помним, что "наука вне партийна"(С)

https://www.rosbalt.ru/moscow/2020/05/19/1844236.html

Можно было бы посоветовать господину Мясникову сменить сферу деятельности, надеть рясу и вещать с церковного амвона, а не представляться врачом-кардиологом. Но, судя по всему, пока он этого делать не собирается. К тому же, так рассуждает не священник, а медик, который, вдобавок ко всем регалиям, выступает еще и как официальный представитель информационного центра по коронавирусу.

Катастрофа в Гренландии: плутониевый Чернобыль в полярной ночи

https://warhead.su/2019/09/03/katastrofa-v-grenlandii-plutonievyy-chernobyl-v-polyarnoy-nochi
https://masterok.livejournal.com/5593151.html

Сгоревший стул стал причиной одной из крупнейших радиационных аварий в истории ВВС США! Но как — и к каким последствиям это привело?

Президент Дональд Трамп не сошёл с ума, предложив купить у датчан Гренландию. Там находится одна из важнейших военных баз США — Туле. Американским военным давно надоело оглядываться на миролюбивых датчан на этом всё более интересном стратегическом направлении. Тем более, что в Копенгагене неплохо помнят, к каким проблемам это уже приводило.


Повсюду коварные красные

База ВВС Туле на северо-западной окраине Гренландии — бриллиант в короне полярных военных объектов США.

Она возникла как военная радиостанция, когда американцы «зашли» в Гренландию после оккупации Дании нацистами. Оказалось, что в этом месте можно построить хорошую взлётно-посадочную полосу. Против Германии она была не слишком нужна — но началась холодная война.

Полярные области — самый короткий путь из СССР в США. Здесь пойдут сжигать американские города стратегические бомбардировщики с красными звёздами, здесь же полетят межконтинентальные баллистические ракеты наземного базирования. В высоких широтах почти никто не живёт. Волны бомбардировщиков и боеголовок будут замечены только в районе американо-канадской границы. Слишком поздно.

Есть Аляска — но она на отшибе. Прямой путь с аэродромов советского севера в Америку лежит через полярные области Гренландии. Именно там нужно построить базу. И там есть удобное место на берегу моря Баффина. Условия, правда, жесточайшие — оно находится на широте Шпицбергена и мыса Челюскин.

Но красные же идут!


В июне 1951 года началась операция «Голубая сойка». [Spoiler (click to open)]Из Норфолка вышел целый флот: 120 кораблей и судов, 12 тысяч человек и 300 тысяч тонн грузов на борту. Ударная стройка капитализма за два года возвела в забытом месте между полярным кругом и Северным полюсом огромную авиабазу, способную принимать любые типы самолётов и вместить десятитысячный персонал. На северном холме поставили 360-метровую вышку связи Globecom Tower.

Базу окрестили «Туле», по названию Ультима Туле — земли на северном краю мироздания в представлении античных греков. Здесь разместили множество важнейших объектов: передовые перехватчики, комплексы противоракет Nike, станции дальнего радиолокационного обнаружения самолётов и ракет. Здесь же тайком от датской общественности разместили склады ядерного оружия. И даже хотели развернуть гигантскую подлёдную базу на 600 ракет с атомными боеголовками.

На Туле была «завязана» вся система воздушно-космической обороны Северной Америки. В Пентагоне очень опасались, что Советы попытаются уничтожить её — особенно если решат нанести внезапный атомный удар.

В 1961 году ВВС США начали операцию «Хромированный купол». В любое время суток 12 стратегических бомбардировщиков с термоядерными бомбами на борту должны были находиться в воздухе поблизости от воздушных границ СССР — чтобы в случае внезапного нападения нанести первые ответные удары. Поскольку некоторые маршруты пролегали недалеко от Туле, работающим здесь бомбардировщикам поставили дополнительную задачу — летать и смотреть на Туле с воздуха, чтобы вовремя заметить нападение коварных коммунистов.

Опасность подкралась, откуда не ждали. Во время одного из таких полётов B-52 с четырьмя бомбами мегатонного класса упал почти что на самую базу.

Виноваты были не коммунисты, а идиотизм личного состава и сгоревший стул.

FUBAR, у нас подгорело!

В январе 1968 года операция «Хромированный купол» подходила к концу. На дежурство в обеих сверхдержавах ставили всё больше межконтинентальных баллистических ракет. Мощь перехватчиков делала прорыв «стратегов» со свободнопадающими бомбами к вражеским городам извращённой формой суицида.

А ещё интенсивность полётов и неумолимая теория вероятности делали неизбежными катастрофы. В 1964 году B-52 разбился у Большой Дикой горы в Мэриленде, когда в зоне турбулентности у него оторвался киль. Упал он удачно — бомбы не разрушились. В 1966 году ещё один B-52 столкнулся с танкером над Испанией. На Паломарес упали четыре водородных устройства и заразили территорию.

Хотя атомного взрыва не произошло, получилось неудобно.

Операцию «Хромированный купол» стали сворачивать, оставив только гренландский маршрут с наблюдением за Туле. Ведь красные не спят!

Утром 21 января 1968 с базы Платтбург в штате Нью-Йорк поднялся B-52G 380-го авиакрыла с позывным «Бродяга 28». На борту находились четыре термоядерные бомбы B28FI мощностью более мегатонны каждая. Вместо пяти штатных членов экипажа на борту были семеро — в дальний полёт привычно взяли третьего пилота и запасного штурмана.

Третий пилот д’Марио предусмотрительно запасся в полёт тремя удобными поролоновыми подушками. Их он сложил под сиденье инструктора-навигатора в хвосте нижней палубы, которое занимал при взлёте. Через некоторое время д’Марио сменил второго пилота Свитенко.

А подушки остались под сиденьем. Там же, под сиденьем, находился один из воздуховодов для обогрева салона горячим воздухом от двигателей. Что же могло пойти не так?

Продрогший в кабине идущего в полярной ночи самолёта д’Марио включил систему обогрева — на воздуховоде которой и лежали его удобные подушки. Через некоторое время оператор системы РЭБ доложил, что чувствует вонь горящей резины. Пока искали место возгорания, подушки разгорелись и подпалили всё, что могли. Огнетушители не помогли — тем более, что лётчики не догадались столкнуть поролон с раскалённого воздуховода.

Командир экипажа капитан Хог связался с Туле, сообщил о пожаре на борту и запросил аварийную посадку. Пламя разгоралось, салон заполнялся дымом, который не удалось выпустить через лючок для секстанта. Пилоты перестали видеть приборную доску. Огонь повредил электрические кабели — машина обесточилась.

Посадить бомбардировщик на полосу в таких условиях шансов не было.

Дойдя до Туле, командир Хог приказал экипажу покинуть машину непосредственно над базой на высоте четырёх километров. Катапультируемых кресел было шесть, человек на борту было семеро. Второй пилот Свитенко, отдыхавший после смены, был вынужден прыгать через нижний люк. Поток воздуха ударил его о корпус и сломал шею. Остальные приземлились с травмами, но живыми. Хог и д’Марио очутились прямо на ВПП базы, остальных нашли с вертолётов за несколько часов.

Ну а пустой самолёт пролетел дальше, самопроизвольно развернулся на 180 градусов и начал пикировать, разваливаясь в воздухе. Спустя две минуты после катапультирования экипажа B-52 впечатался в лёд Вольстенхольмского фьорда между базой и островом Сандерса.

В 13 километрах от полосы Туле среди полярной ночи вспыхнул огромный взрыв. Базу затрясло, как от землетрясения или близкого атомного удара. Пылали остававшиеся на борту сто тысяч литров горючего, создавшего горящее пятно длиной в пять и шириной в полтора километра. Взрывчатка в запалах термоядерных бомб (неядерная) сработала от столкновения, разбросав по месту падения семь килограмм плутония и прочих радиоактивных радостей. Пламя местами проплавило толстый лёд, часть обломков и радиоактивных веществ ушли на дно



Аэрофотоснимок почерневшего льда в месте падения B-52


Доктор Фризлав в заполярном Чернобыле

Узнав об очередном инциденте по коду Broken Arrow — инцидент с атомным оружием, не влекущий угрозы войны, в Пентагоне схватились за головы. У важнейшей базы полярных широт, главного узла воздушно-космической обороны Америки на севере, фактически сработала «грязная бомба».

Когда всё это растает и попадёт в море, суда снабжения придётся водить в костюмах радиационной защиты.

А если бы бомба сработала? Или неуправляемый самолёт рухнул бы на здания управления? Для Пентагона это выглядело бы так: связь с Туле потеряна, наблюдательный самолёт исчез. Следующий увидел бы пылающие руины. Первой мыслью была бы атака Советов. А бить по Туле для СССР имело смысл за считанные часы или минуты до полномасштабного ядерного нападения на США. Не пора ли нанести упреждающий удар по советским базам и городам, пока не стало поздно?

Схватились за головы и в Дании. У них на носу были парламентские выборы, а американцы грохнули на датской территории бомбардировщик с термоядерными бомбами. Притом что Дания с 1957 года гордо объявила себя безъядерным государством, и американцы не должны были доставлять на её территорию ничего атомного. Уже в 90-е вскрылось, что штатовцы в Гренландии спокойно хранили ядерные боеприпасы и собирались разместить шестьсот ракет — причём о многом датские власти знали, но не сочли нужным извещать сограждан.

Американцы и датчане запустили экстренную операцию «Хохлатый лёд», немедленно прозванную на месте «доктор Фризлав» по мотивам великого фильма Кубрика. До наступления лета и таяния льдов нужно было не только собрать все радиоактивные ошмётки бомбардировщика, но и куда-то деть две тысячи тонн льда и снега, заражённых ураном, плутонием, америцием и тритием. Всё это требовалось проделать предельно срочно, среди полярной ночи, ветров в 30-40 метров в секунду и температур под -40, временами падавших до -60.

В целом они справились. По воздуху на Туле перебросили специалистов с 72 американских военных объектов по всему миру. В сжатые сроки у места падения развернули целый лагерь с дорогами, временными постройками, корпусом для дезактивации и тяжёлой техникой.

Более двух тысяч американских военных и датских работников трудились посменно 24 часа в сутки.

Место работ освещалось мощными прожекторами.

Радиометров и респираторов почти никому не выдали. На кадрах рассекреченной американской кинохроники большая часть ликвидаторов ходят с открытыми лицами в простой арктической одежде. Некоторые «лечились от радиации» алкоголем.

К 20 февраля собрали и отвезли на Туле все обломки, после чего принялись за лёд и снег. Их собирали с поверхности бульдозерами, складывали в деревянные ящики, доставляли на базу и помещали в стальные цистерны объёмом в 25 000 галлонов каждая. Таких цистерн к лету набралось целое поле. Всё это с открытием мореходного сезона отправили и захоронили на территории США. Спустя девять месяцев операция «доктор Фризлав» официально завершилась.

По американским оценкам, удалось убрать 93 процента радиоактивных материалов. Остальное либо унесло ветром, но в слишком малых концентрациях, либо провалилось в проплавленные огнём полыньи и затонуло на 200 метров от поверхности вместе с частью обломков. Поскольку на дне предположительно оказался урановый цилиндр с одной из бомб, в августе туда отправили батискаф. Он так и не смог найти его среди обломков. Американцы решили считать, что если они сами не смогли его добыть, то Советы уж точно не сумеют пробраться и найти кусок урана под носом у крупнейшей полярной базы США.

Скандалы и компенсации от Пентагона, которых не было

Последствия катастрофы сказывались ещё десятилетия. И не только в упомянутых выше скандалах на датской политической арене.

При работах на месте падения вроде бы соблюдалась техника безопасности. Но к 1995 году из случайной выборки в 1500 датских ликвидаторов более 400 уже умерли по онкологическим причинам. Заболеваемость раком среди них на 50 процентов превысила аналогичные данные по другим гражданам страны, хотя «прямых подтверждений связи этого с работами на месте аварии в Туле выявлено не было». Датское правительство выплатило всем участникам работ или их семьям по 50 тысяч крон компенсации.

Добиться компенсаций от американцев им так и не удалось.

Американские военные тоже ничего не смогли добиться: принятый в США федеральный закон исключает суды с правительством о ранениях и ущербе здоровью, полученных в ходе военной службы при исполнении прямых обязанностей. Точных данных о числе пострадавших среди них нет.

Тем более, что данные тестов на облучение в американской военной медицине принято хранить отдельно от медицинских карт военнослужащих, и получить к ним доступ крайне затруднительно. Расследование New York Times о судьбе ликвидаторов катастрофы Паломарес показало, что раком заболели более половины из них. В 1995 году вслед за датчанами американские ветераны Туле попытались судиться с Пентагоном, но безуспешно. Все, подавшие тот иск, к настоящему времени умерли по онкологическим причинам.

В 2008 году британская «Би-Би-Си» опубликовала статью, срывающую покровы. «Оказалось», что американцы утопили в полынье у Туле целую боеготовую бомбу, и так и не смогли отыскать на дне, после чего решили объявить, что всё хорошо.

А вдруг её нашёл кто-нибудь ещё? И в самый неподходящий момент что-нибудь где-нибудь взорвёт?

Датчане представили в ответ обстоятельный доклад, подтверждающий, что при падении все четыре бомбы разнесло в ошмётки. Поверили ему не все, хотя опровержение выглядит правдоподобно.

После Туле практика постоянных патрулей бомбардировщиков с атомным оружием на борту прекратилась: у США уже хватало баллистических ракет. Впрочем, на всякий случай для подрыва атомных боеприпасов разработали новые взрывчатые вещества, исключавшие детонацию даже при авиакатастрофе. Официально всё ядерное оружие американцы вывели из Гренландии ещё в 1965 году, но Туле остаётся одной из важнейших баз США на планете.

Сейчас страсти вокруг полярных морей на фоне глобального потепления продолжают накаляться. Предложение президента Трампа Дании о покупке Гренландии выглядит сумасбродством только на первый взгляд: этот гигантский замёрзший остров очень важен для американцев в высоких широтах. Пентагону хотелось бы иметь полностью развязанные руки на Туле и в окрестностях, не оглядываясь на озабоченных хюгге и экологией миролюбивых датчан.

Будем надеяться, что катастрофа 1968 года останется последним ядерным инцидентом на самом большом острове нашей планеты.

Дальше варианты начинают плодиться и размножаться

https://khazin.ru/articles/10-vlast-i-obshhestvo/79924-o-roli-politicheskogo-proekta-ili-noblesse-oblige-2-2

Хороший претендент на "Поваренную книгу Камердинера"

Дальше варианты начинают плодиться и размножаться, на анализе действий конкретных персонажей таких ситуациях построена половина мировой литературы (вторая половина, как понятно, на любви). Но главный вопрос состоит в другом: а как рядовому работнику понять мотивы начальника и, тем более, начальника-начальника? Хорошо если ты вырос в семье начальника и такие комбинации впитал с молоком матери. А если нет? А если недопонял?