partagenocce (partagenocce) wrote,
partagenocce
partagenocce

Ликвидация коррупционной безграмотности

Оригинал взят у vbulahtin в Ликвидация коррупционной безграмотности
С.Доренко специально для Белых повторял мастер-класс по коррупции (не надо трогать деньги, глупо встречаться с плохо знакомыми людьми (если это не женщины...) в отдельных комнатках ресторанов -- вероятно, именно там и будет прослушка...)
В общем, все тезисы как и в прошлой лекции.

Вчерашнюю передачу Доренко полностью посвятил Белых.
Отрывки:
С.ДОРЕНКО: Есть же визуальная картинка: Белых стоит перед стоевровыми пачками, пачки по 100 евро.
Ну, хорошо, он идиот?
Зачем он оказался в месте, где деньги?
Нельзя трогать деньги. Это неправильно. Представь, что ты губернатор.
Тебе говорят: «Мы сейчас отвалим баблос на спонсорский проект».
Ты не должна появляться в месте, где деньги, если ты не слабоумная.
У тебя должен быть порученец.
У тебя должен быть какой-то чел, который у тебя по этой части — на кассе.
Если ты садишься на область, то у тебя должна быть команда, не знаю, человек, наверное, двадцать совсем верных.
И среди этих людей есть порученец.

Мы видим, как сидит Белых и перед ним пачки купюр.
Какая провокация?
Его не держат за локти, никто его не хватает за локти, никто не говорит: «Никита, сиди, мы тебя сейчас будем фотографировать для политической провокации».
Он сидит перед стоевровыми купюрами разложенными, и никто не держит его сзади за локти.
Он сидит перед полным столом, забитым налом.
Это ненормально.

Он не производит впечатления хапуги или хитреца, или человека, так сказать, «умеющего жить» (в кавычках), такого «умеющего жить» чувачка.
Вот этот парень на Арбате, который бил женщину (вероятно, его зовут Матаев, Эраст Матаев), у него видно, что он человек, умеющий жить, и умеющий жить лучше меня точно. Я точно знаю, что Эраст Матаев, бивший женщину (вероятно, это он) на Арбате, он умеет жить, он знает толк в жизни.

Никита Белых не такой человек.
Я не могу не верить собственным глазам.
Я вижу, как он сидит перед чёртовыми купюрами.
С какого чёрта он оказался перед купюрами? — вот вопрос.
Что за бред?

Например, я встретился с кем-то тоже, передо мной из кулька высыпали.
Во-первых, нельзя брать в руки.
Даже оттолкнуть.
Я руки в карманы спрячу.

Ты же не сидишь, как додик, и не даёшь себя фотографировать в этот момент?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: А куда я денусь? Меня фотографируют уже не журналисты, а меня фотографируют официальные представители Следственного комитета на всей операции, на всей этой процедуре.
Я ещё не успел вызвать адвоката и так далее, то есть они ещё только едут.

С.ДОРЕНКО: Я должен быть с опрокинутым… Ну, там видно, что его просто врасплох застали.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Врасплох. И я не ожидаю от этого человека, что он вдруг мне положит кулёк, до которого я дотронусь, спрошу, что это такое. А тут высыпали оперативники и начали аккуратно раскладывать.

С.ДОРЕНКО: Если я понимаю, что со мной пошла жёсткая игра, я тоже буду играть жёстко: я опрокину стол, я отвернусь.
Я закрою глаза. Я не буду позировать для этого фотоаппарата.
Если вам выкинули деньги, то первое, что вы делаете — кладёте руки в кармы. Руки в карманы — первое, что вы делаете.
Руки в карманы сразу — первое!
Второе.
Если вы встречаетесь с человеком, который вам не родной брат, какого фига вы встречаетесь в каком-то кабинетике в ресторане?
Зачем вы встречаетесь в закрытом помещении? Вам нужно как можно больше свидетелей.

Вы что там собираетесь делать?
Зачем кабинетик, если ты встречаешься с мужиком?
Вы считаете, что там можно конфиденциально говорить? Это неправда. Вот как раз в стенах таких кабинетиков полно жучков. Просто набито жучками!

Тебе говорят обычно: «Мы хотим вот так-то и так-то отметить ваше участие, допустим, в том-то».
Ты спрашиваешь: «С кем переговорить моему человеку?»
Ни первое лицо оттуда, ни первое лицо отсюда никаких денег не видело сроду, и видеть не хочет, и трогать не хочет.
Вы что, идиоты, что ли? Ослабленные на мозг, что ли? Например, ты — бизнесмен, я — губернатор. «Дай мне взятку».
Ты мне говоришь: «Сергей Леонидович, мы хотим отметить ваше участие. Вы знаете, у нас за год такие показатели — мы сами не ожидали! Нам бы очень хотелось как-то проявить социальную ответственность. Может быть, вам нужно на каких-нибудь стариков, учителей и врачей какие-то копейки, на храм?» — ты говоришь мне. Я говорю: «Ну а о какой сумме идёт речь?» Ты на бумажке пишешь. Ты никогда не произносишь, потому что это можно записать. Просто на бумажке пишешь.
Я спрашиваю у тебя: «Кто у вас по этой части?»
Ты говоришь: «Да у нас тут человек…» — «Ну, пусть Саше позвонит».
«Какие деньги, вы что? Чтобы я руками что-то трогал? Да идите в жопу!
Какие деньги? Вы что, смеётесь надо мной? Да я не знаю, что это такое! Я вообще сроду денег не видал.
Ещё иностранные купюры? Боже! Свят, свят, свят! Окропить помещение!»

Я не понимаю ничего. Как это? Что это? Ребята, я не понимаю жизни? Или Никита Белых не понимает жизни? Что это было?

Я верю интуиции, но я вижу глазами. Я верю глазам — он сидит перед купюрами.
Вот здесь у меня и разрывается-то мозг! Мозг разрывается: интуиции я верю, что он не вор, а глазам верю, что…

Мать, мы должны понять, что это, потому что «это» есть корова с рыбьим хвостом. Я не понимаю ничего! Просто несёт мозг в какое-то ощущение галлюцинации. Это есть корова с рыбьим хвостом — чего не бывает. Мне говорят: «Ну, это бывает. Он же сидит с купюрами».
Я такой говорю: «Ну, я вижу, что бывает. Но что-то вся моя предыдущая жизнь подсказывает, что так не бывает».
Они говорят: «Нет, ну ты же сам глазами видишь?»
Я говорю: «Ну, вижу, да. Я вижу, ёлки!»
Они говорят: «Ну, значит, бывает».
Я говорю: «Ну, может, как-то приделали этот хвост корове? Пришили к заднице нитками, может?»

Не понимаю, как он мог оказаться в этой дурацкой ситуации.
Во всё остальное не верю. Тому, что вижу глазами, верю.
Но в то, что Белых взяточник, не верю.

Он деловитый и трудовитый такой. Его, кстати говоря, недавно хвалил Путин. Он трудолюбивый, деловитый, хороший, но — бузотёр.

Я хочу понять, для чего губернатор оказывается в комнатах с налом. Я в это не верю.
Мне кажется, это абсурдная ситуация. Ну, так не бывает.

В 90-х мне говорили (я не могу это проверить сейчас), в конце 90-х, что губер в самодостаточном регионе, не дотационном, делал 100 миллионов долларов за четыре года — 25 миллионов в год — 2 миллиона в месяц. Нормальный губер. Это отбивал, не тратил.
100 миллионов делал, откладывал.
Тратил другие деньги, а откладывал 2 миллиона в месяц губер в самодостаточном регионе.

У меня был друг…
мы с ним завтракали однажды в Лондоне в гостинице. Я говорю: «Я хочу попутешествовать по России». Он мне говорит: «Старик, я построил такую фигню. Северный Урал — это лучшее место на Земле».
Я говорю: «Ну, я к тебе приеду в твою заимку лесную».
Он говорит: «Ты знаешь, надо созвониться, потому что в основном я живу на корабле».

«А где твой корабль?» Он говорит: «Ты знаешь, сейчас корабль во Вьетнаме».
Человек занимался чем? Проводил губернаторов во власть.
Он политтехнолог. У него хорошая большая команда, полиграфические возможности, продумывание, интернет-команда — всё было хорошо у него ещё тогда.

Парень что делал? Он проводил губера на хороший регион. Он говорит: «Мне стоит провести губера… Например, в регионе живёт 5 миллионов человек — это 5 миллионов долларов. Доллар на человека».

«Я беру 5 миллионов долларов у богатых господ — соответственно, у олигархов. Я провожу человека, он становится губернатором выборным — всё хорошо.
После чего, — мне рассказывал этот человек, — я ставлю своего премьер-министра по согласованию с этими».

«Они получают Х. Я не буду говорить сколько. Ну, например, 25 миллионов. За то, что они дали мне 5, они получают 25 и возможности какие-то рядом с этим губером — уже через команду, потому что премьер-министр области от них».
Дальше он говорит: «Если это не бюджетная, а самодостаточная область, которая в плюсе, я этому губеру делаю за четыре года 100 миллионов долларов кэша отдельно на зарубежном счету. То есть 2 миллиона в месяц… почти 2 миллиона… больше 2 миллионов в месяц ты должен отложить ему. А то, что он проживает — это ерунда».

Когда вы говорите «400 тысяч евро — это лакомые деньги для губернатора», позвольте мне не смеяться, а то я описаюсь сейчас, ей-богу.

Не надо идиотничать. 150 тысяч евро — это серьёзные деньги для губера? Тьфу!
Сейчас у сахалинского Хорошавина отняли имущество, ему принадлежащее в России — не на отмытых счетах за рубежом, а в России — по-моему, миллиард или 10 миллиардов, что-то такое, рублей. То ли на миллиард, то ли на 10 миллиардов рублей — только в России!

А сколько у него там отбито? Понятно, что больше, чем в России.
Здесь человек сидел на вулкане. Ясно, что он там отбил больше, чем здесь.
Здесь на вулкане, здесь он знал, что пропадёт всё равно — то ли революция, то ли снимут. Значит, он отбил туда больше.

это мелкая сумма. Зачем её брать руками? Говорят, у него на пальцах ничего не светится, а только ладони светятся, пальцы не светятся. Он мог действительно от рукопожатия заполучить это свечение.

Он сказал потом, что брал эти деньги на нужды области, он был в сознании.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Откуда там деньги берутся? Вы помните, сколько скандалов было по поводу леса? Лесопилки все дагестанцам принадлежат. Были бунты — ребята-дагестанцы вышли с винторезами и с автоматами Калашникова. И на всю Россию был шум серьёзный. Замяли. Это было буквально после его назначения где-то, при Медведеве. В общем-то, назначал его Медведев через… Ну, выскочило. Натан Дубовицкий. Он его уговаривал, там была куча… Он не сразу согласился. Было очень много условий. Условия были выполнены. Но потом его переназначил Путин, и гарантии были даны. Я считаю, что это серьёзнейший удар ещё и по Путину.

С.ДОРЕНКО: Авторитет нарушен тем, что во время отъезда Путина в Китай провернули эту историю.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ну, много кое-чего. Но дело в том, что все губеры, которые от Медведева пришли, их уже нет — даже мэр Братска и прочие. Ну, неважно. Я хочу сказать, что Путин всё-таки его переназначил, несмотря ни на что, хотя он заступался…

С.ДОРЕНКО: Путин его хвалил не так давно.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Хвалил, да. Вот в чём и дело. Удар по Путину серьёзный. И это всё после Панамы. Всё-таки Александр, староста путинский, не возбудил это дело, а возбудил какой-то майор простой. Это тоже очень подозрительно. Это выборная должность. И сейчас если даже Конституционный суд начнёт что-то разбираться, а Маркин уже сказал, что всё законно. Тут вообще запутанно всё.

С.ДОРЕНКО: Да, слишком запутанно. Ребят, для тех, кто понимает в жизни…
Вся эта история, которую мы видим, она сделала для колхозников.
колхозникам понятно: его дискредитировали, и дело с концом, всё.
Пока Путина не было…
Путин был в Китае. Причём в Китае он был такой, что там нож не просунуть между мероприятиями.
Ты знаешь, что за один день Путин встретился с тремя самыми высокопоставленными китайскими лидерами и подписал десятки соглашений.
За один день всё это было сделано.
То есть Путин создал себе такую программу, где у него там нож не просунуть, бритву не просунуть — просто одно на одном было всё.
Он всё время сидел с лидерами китайскими, и некогда было даже докладывать ему, некому было подойти и доложить.
У него не было ни времени на отдых, ничего. Я думаю, он в самолёте только узнал, когда летел назад.
Но дело сделано, и дело сделано из-под Путина.

Белых вытащили из-под Путина. Такие дела готовятся заранее, конечно.

Я должен вам сказать, что я не понимаю. Вот по-своему, вот по-человечески я не понимаю, и я пытаюсь разобраться.

Всё, что показали нам по Белых — всё это для колхозников.
Ну не берут губера в руки деньги! Никогда в жизни такого не было.
Это абсурд.

мы же не в 1991 году сейчас, и не в 1992-м, когда я, например, первые свои две «котлеты» разложил на кровати и каждую щупал руками — первые 20 тысяч долларов свои. Я каждую щупал руками и некоторые нюхал. Я нюхал доллары, мне было интересно.

Но, простите, мы же немножко выросли с тех пор.
Мы за 25 лет их столько уже нанюхались, что нам их нюхать незачем.
Нам их вообще в руки брать незачем.

Это плохой роман, понимаете. Плохое газетное чтиво для электричек, какое-то плохое бульварное чтиво для электричек.

Главное искусство в мире — это писать уставы безотзывных фондов, irrevocable funds.
Всегда есть винт с левой резьбой.
Вы говорите, что деньги за рубежом под какой-то угрозой? Вы просто смешные люди.
Вы просто забудьте раз и навсегда, ладно? Под какой угрозой?
Все всё переводят в какие-то фонды, в которых прописано, что можно каждый день покупать золотой унитаз — и пожалуйста, никаких проблем, там специально в уставе. Главное, чтобы был правильный устав. Вы учитесь, пожалуйста, у Билла Гейтса. Учитесь, пожалуйста, у великих. Что за колхоз? Никто не трогает деньги. Это абсурд для идиотов, для колхозников! Нам показали картинку для колхозников.

В.МАРКИН: Алло.

С.ДОРЕНКО: Алло. Здравствуйте, Владимир. Как вы поживаете?

В.МАРКИН: Это кто?

С.ДОРЕНКО: Доренко.

В.МАРКИН: А! Да, привет, Сергей.

С.ДОРЕНКО: Привет. Я хотел спросить, вот эта картинка с Белых — это внезапно зашли, как во время адюльтера в Америке бывает, влетели? Или это уже когда следователь раскладывал деньги?

В.МАРКИН: Сергей, вы опять мне звоните прямо в прямом эфире?

С.ДОРЕНКО: Да. У нас же нет кривого!

В.МАРКИН: Сергей, я просто сейчас… У меня здесь срочное мероприятие, и я не могу говорить просто, извини.

С.ДОРЕНКО: Я какой-нибудь кривой эфир изобрету и буду звонить. Спасибо. Покривее надо эфир. Всё хорошо.==========

С.ДОРЕНКО: Я хочу ещё аспект один с Никитой Белых и с коррупцией губернаторов понять. А для чего губерам вообще кэш? Ну, это абсолютно абсурдная ситуация, в которой он якобы получает кэш физически и трогает его руками. Мне кажется, что это означает, что он клинический идиот. Ну, довольно странно, что он клинический идиот, да?

Э.ХАСАНШИНА: Нет, ну а как же сахалинский, который хранил у себя в доме вот этот миллиард или миллион купюрами, наличными разложенными? Я пыталась представить себе. Ну, вот стол у тебя заставлен. Зачем ты их складываешь?

С.ДОРЕНКО: Миллион — это дипломат.

Э.ХАСАНШИНА: Хорошо. Зачем ты его хранишь в доме?

С.ДОРЕНКО: Как мелочь, которая может понадобиться.
человек держит мелочь какую-то — миллион долларов — в доме на экстренные расходы.
Человек тратит, допустим, 300 тысяч долларов в месяц. Ну, на три месяца. А если это праздник, если он на Гавайи полетит или ещё куда-то? Он, может быть, миллион истратит за два месяца.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я, конечно, не люблю либералов, но про Никиту можно сказать одно: он город менял. То есть то, что было шесть лет назад и что сейчас — конечно, очень сильные перемены видны и по качеству, и по всему. Вообще это тот губернатор, которого можно было запросто в городе совершенно спокойно увидеть.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Давайте я вам расскажу как человек, который этим занимался.
Во-первых, выделяется специально обученный человек — маленький, тихий, неприметный, на неприметной машине.
Во-вторых, даётся приказ всем замам. Замы же в основном этим занимаются, как вы понимаете, да?
То есть замы — они же по направлениям. Даже замы не берут в руки деньги.
Никогда в жизни. То есть, если кто-то взял, значит он сам подставился, и его даже перестают сразу защищать и сливают.

С.ДОРЕНКО: У тебя один зам по строительству — он занимается тем, что собирает с девелоперов баблос. Другой зам по сельскому хозяйству — он занимается тем, что пробивает для правильных предприятий правильные кредиты и берёт откаты. Понятно, да? Третий зам, который больше курирует банковскую сферу, — он заставляет банки кредитовать правильные предприятия и следить, чтобы откаты…

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Вообще контакт первого лица с деньгами в принципе невозможен, если он имеет нормальный системный подход и не клинический идиот.
Я даже бывал, условно, на «семинарах» по обмену опытом по этим вопросам, можно так называть. Зачем нал? Ну а как? Людям же надо платить зарплату, а это условные десятки, если не сотни транзакций каждый месяц. Ведь никто же не будет работать на ту зарплату, которую ему назначили.
То есть он аккумулирует где-то, естественно, не прикасаясь.

С.ДОРЕНКО: Аккумулирует какие-то суммы. А сколько заму надо платить хорошему?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ну, я не знаю, если хороший менеджер… Условно, пять-семь лет назад — минимум десятка в месяц.

С.ДОРЕНКО: Долларов?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Конечно. Плюс какая-то доля от дохода.

С.ДОРЕНКО: Я думаю, что миллион плюс то, что он процедит где-то на клешнях. Ну, кто будет работать меньше чем за миллион?
А принёс полмиллиона — опять 100 тысяч, потому что там от 10 до 20 процентов.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Значит, что касается по Белых. Мне кажется, что Белых ввели в какое-то неадекватное состояние, судя по его лицу и по его реакции. Видимо, какое-то подавление воли с помощью химии, потому что видно, что человек не понимает, что происходит.

С.ДОРЕНКО: О господи! Ну, это какое-то федеральное преступление, говорю я языком американских фильмов, federal crime.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Абсолютно! У меня нет даже сомнений в этом. Сергей, я не знаю, кому он нужен и зачем, кому мешал. Что это всё значит — это мне не понятно. Ну, весь вид всей этой сцены — ресторан, деньги — это всё бред!
Это не то что комиксы для электричек, а это до такой степени низкопробная постановка, что даже в электричке это могут не понять.

С.ДОРЕНКО: Никто его не отпустит с извинениями. О чём вы говорите? Мне пишет Жук: «Конечно, его скоро опустит с извинениями». Никогда! Скажите, пожалуйста, теперь, когда его упаковали, какая его судьба?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Мне кажется, что его дискредитировали. Потом его отпустят с извинениями — может быть, через три месяца, а может быть, через полгода. Уже будет на его месте новый губернатор. Надо понимать, что сейчас будут выборы очень быстро на это губернаторское место.
Но я не знаю, зачем его слили.

С.ДОРЕНКО: «А зачем додумывать, когда он уже признался, что взял взятку?» Мы хотим видеть, как он признаётся. N, мы хотим видеть, как Никита Белых совершенно со здоровым лицом, со здоровым выражением глаз — не ополоумевшим, не обдолбанным — говорит, что он взял взятку.
На видеокамеру. И лучше при свидетелях, лучше при какой-нибудь Элле Памфиловой. Вот пусть он при Элле Памфиловой скажет. Поймите, сама постановка как бы очень глупая, она как бы небывалая.
Губернатор сидит в московском ресторане и считает деньги.

Если мне бы сказали, шепнули бы где-то, что Никита делает, условно говоря, 3–5 миллионов долларов в год на своей работе, я бы сказал «мало», если бы мне сказали так. Ну, кто-то отвёл бы меня на празднике где-то с Никитой (праздник «Эха Москвы» какой-нибудь), отвели бы в сторону и сказали: «А ты знаешь, что Никита делает 3–5 миллионов долларов в год?» — я бы сказал: «А что так мало?» Три — вообще смешно. Зачем он работает за 3 миллиона? Как-то странно.
Ну, пять — не знаю. Может, и стоит ломаться за пять, бог его знает. Мне не верится. Но я сказал бы: «Ну, хорошо». То есть у меня не вызвала бы недоверие сама информация, что он делает налево себе 5 миллионов долларов в год.

Если бы мне это сказали, я бы совершенно не смутился, я бы сказал: «Немного. Слышишь, что он там горбатится за пятёрку? Странно. Ну, хорошо. Ну, пусть. Может быть, так и надо. Я не знаю».
Может, он куда-то дальше собирается идти? Может, он в президенты метит?
Иначе чего он работает за такие деньги?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Два момента. В середине 90-х годов так получилось, что обратилась ко мне в силу моего, так сказать, рода деятельности одна крупная российская компания, которая вела бизнес на Дальнем Востоке. Им нужно было поставить на содержание двух человек: один — губернатор, один — замгубернатора. Я их вывез в Швейцарию. В швейцарском банке мы им открыли счета с кредитными картами, они эти карты получили на руки. И вопрос закрылся сам собой. Совершенно никаких проблем!
Никакого кэша, ничего не надо. Оно туда на счёт у них садится, а они с кредитной карты здесь снимают, сколько надо.
Если нужно было сделать какие-то крупные переводы, то они просили об этом, обращались.

С.ДОРЕНКО: Я вам больше скажу. Есть люди, которые стесняются. Они говорят: «На кредитной карте моё имя». Есть такие люди, которые стесняются.
Либо на другое имя, подставного человека, и PIN-код сюда даётся. Либо вторая тема — покупаются пачками кредитные карты в американских универмагах без имени.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да, масса вариантов. Если нужен перевод, чтобы что-то купить, виллу, то была договорённость. Ну, условно: «Ты знаешь, мне нужно лекарство. Вот название». — «Да, да». И всё, и так далее. А я сам уже, поскольку они не владеют языком, условно говоря, за них решал с банком эти вопросы.
Сама идея, что человека можно позвать в ресторан, выдавать ему 150 тысяч евро таким образом, чтобы вместе с ним считать, — ну, это полный абсурд.

На слуху этот Касьянов с этими оперативными съёмками, все под микроскопом, выборы на носу.
Идиотизм полный. Это первое.
Второе: Белых — физтех, выпускник МФТИ. Среди физтехов идиотов нету!

С.ДОРЕНКО: Я должен вам сообщить, что я видел последний раз считающего деньги человека (я лично видел считающего деньги человека) в 90-е годы. Может быть, в 1997-м я видел человека, который вскрывал купюры — и то, на пробу. Если он брал, например, 100 тысяч, на пробу вскрывал одну-две «котлеты» и просто их пролистывал, чтобы там не бумага. Но идеи считать деньги никогда нет. Все давно «котлеты» просто ссыпают в мешок — и всё. Но это никогда не делает губернатор!

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Смотрите, ситуация намного проще. Все чёрные обменники, где меняются денежки с рубликов на доллары, под колпаком. И все сигналы крупнее 10 тысяч долларов сразу смотрят. Они смотрели на это безобразие и думают: «Оппачки! А дай-ка мы его подставим красиво и безмятежно». И сразу выдали на заказанную сумму обсыпанную соточками в сумочке… То есть работали втёмную, грубо говоря. Он даже и не знал. И человек, который принёс ему, и сам Белых не знал, что ему несут, уже за ним следя.

С.ДОРЕНКО: Техника мне понятна. Всё идиотское, и это тоже.
методику больше не обсуждаем. Методика у меня вызывает хохот. Картинка, которую нам показали, вызывает у меня хохот гомерический. Хватит меня провоцировать, а то я буду всё время хохотать.
Я спрашиваю: зачем его вообще было снимать? Кто-нибудь умный, скажите мне, зачем его снимать?

==============
Прошлая зарисовка


Оригинал взят у vbulahtin в Мастер-класс по коррупции на "Говорит Москва"
С.ДОРЕНКО:
«Правоохранительные органы обнаружили крупные банковские счета у заключенного под стражу замминистра культуры Российской Федерации Григория Пирумова, арестованного в рамках расследования дела о хищении госсредств». В рамках дела уже предприняты меры для возмещения ущерба. Арестованы счета Пирумова, имущество. Речь идет о десятках миллионов рублей». Но это ерунда, мелочи.

А.ОНОШКО: Ну, да. Может он на квартиру копил.

С.ДОРЕНКО: Десятки миллионов — это миллион долларов. Это мелочь. Очень странно.

А.ОНОШКО: Но следователям показалось, что это крупные.

С.ДОРЕНКО: У меня вопрос на самом деле только один-единственный.
«В конце марта в Кремле заявляли, что, несмотря на коррупционный скандал, главе ведомства Владимиру Мединскому отставка не грозит». Значит Мединский признан ...ограниченно годным по умственной деятельности по одной из двух причин: либо он плохо управлял министерством, раз зам из-под него крал, прямо из-под него крал зам, из-под тела министра, из-под тушки министра; либо он был в доле.

А.ОНОШКО: Не следит за своими подчиненными?

С.ДОРЕНКО: Нет. Подожди. Смысл в том, что если Мединский был в деле, то значит он умный.
С моей точки зрения.

А.ОНОШКО: В нехорошем деле участвовать западло, извините за термин.

С.ДОРЕНКО: В нехорошем деле участвовать большая честь.

А.ОНОШКО: Потому что ты думаешь, что ты крадешь…

С.ДОРЕНКО: Ты думаешь, что Мединский приходит и говорит: здравствуйте, я министр. Кладет ноги на стол и делает так: я министр, я сказал! Встали. А ты кто? — его спрашивают. Он говорит: я твой зам Пирумов. Он говорит: ну, докажи, что ты мой зам.
Почему не Пупочкин? Почему не Фартучкин? Почему не Иван Говнов? Почему ты мой зам? Пирумов, объясни мне, почему ты мой зам? Какие у тебя есть доводы?

А.ОНОШКО: И сколько времени на размышление?

С.ДОРЕНКО: Я думаю, завтра должен прийти.

А.ОНОШКО: С чем, с чемоданчиком?

С.ДОРЕНКО: Завтра должен прийти с конкретным предложением. С каким чемоданчиком?

А.ОНОШКО: Я древняя, я не знаю, вы меня научите, я же когда-то стану министром культуры однажды.

С.ДОРЕНКО: Чуточку пошловатости в твоих словах. Не так. Вот когда я на тебя кричу вот так: ты почему мой зам? Ты что должна сказать?

А.ОНОШКО: Ваше высокоблагородие…

С.ДОРЕНКО: Нет, знаешь какая фраза должна быть? С кем переговорить? Тебе говорят: докажи, что ты мой зам. Ты говоришь: с кем переговорить?

А.ОНОШКО: О чем?

С.ДОРЕНКО: Конкретно уже куда перечислять, чего.

А.ОНОШКО: Я должна же предложения представить, не задавать вопросом на вопрос.

С.ДОРЕНКО: Не говорят такие вещи в кабинете! Ну как тебе не стыдно? Ты коррупцинерша нулевая, вообще никакая. Как тебе не стыдно? В кабинете! Позор тебе!

А.ОНОШКО: В кабинете я бы сказала так: я вам представлю план реконструкции Мариинского театра и восстановление забора вокруг…
Давай, ты министр, а я Пирумов.
Давай, кричи на меня: Пирумов, почему ты мой зам?
Я отвечаю: с кем переговорить? Дайте человека.

А.ОНОШКО: О чем переговариваться? Я не понимаю, о чем вы говорите.

С.ДОРЕНКО: Я спрашиваю: кто ваш человек? Это конкретный вопрос, я тебе задаю конкретно.

А.ОНОШКО: А, мой, кому потом деньги заносить, в этом смысле?

С.ДОРЕНКО: Мама, кто твой человек по офшорам, по схемам, кто твой человек, кто?

А.ОНОШКО: А! У меня такого нет. Надо завести.

С.ДОРЕНКО: Значит я тебе организую.

А.ОНОШКО: Организуете? Хорошего человечка. Надо еще говорить «человечка».

С.ДОРЕНКО: Нормального человека. Говори без ласкательных суффиксов. На ласкательных суффиксах тебе дают 10 тысяч рублей. Говори строго, будет 100 тысяч долларов.
Я спрашиваю: кто ваш человек, с кем говорить? Ты мне говоришь: вот Абдурахманов, с ним будешь говорить. Все, я пошел. Или Абрам Абрамович.

А.ОНОШКО: Сейчас я тебе по WhatsApp телефон дам.

С.ДОРЕНКО: Нет, пишешь на бумажке. Молча. И, молча, толкаешь в мою сторону. Дальше что? Я забираю бумажку?

А.ОНОШКО: Да. И исчезаете.

С.ДОРЕНКО: Хрена! Потому что тут его почерк. Я должен переписать и отдать бумажку.

А.ОНОШКО: А я ее сжигаю.

С.ДОРЕНКО: Он ее не сжигает, он ее в шредер пускает. Все. Он пишет на бумажке телефон человека, пишет: Абдурахман Абдурахманович или Абрам Абрамович.

Ты можешь сказать так: я не озаботилась созданием подобной структуры. Я тебе говорю тогда: Анастасия Эдуардовна, а когда у вас будет в рабочий день полдня слетать в Европу?

А.ОНОШКО: Через две недели.

С.ДОРЕНКО: Счета открыть.

А.ОНОШКО: В четверг.

С.ДОРЕНКО: Слетаем в Вену.

А.ОНОШКО: А почему на меня счета-то? Вы что, с ума сошли? Зачем на меня счета делать?

С.ДОРЕНКО: Нет, мне надо вас показать все равно, потому что европейцы требуют конечного бенефициара. Я вас покажу. Банк сам откроет структуру. Я вас должен показать.

А.ОНОШКО: И они потом не расскажут?...
А что надо было делать Мединскому?

С.ДОРЕНКО: Он должен был поймать его и выгнать, этого зама.

А.ОНОШКО: Поймал не он.

С.ДОРЕНКО: Я тебе рассказываю, как происходит коррупция. Алексей пишет мне: «Вы неправильно расписываете коррупцию. Это уже устаревшее представление о коррупции». Коррупция заключается в следующем. Я понимаю, кто имеет. Я всегда прихожу на руководящий пост во главе с командой, у меня есть команда. Я веду за собой 3-5 человек, которые точно понимают, где, кто что имеет. Да? Мы за первую неделю быстро принюхиваемся. Мои люди садятся на потоке, они точно понимают, где потоки, где госсредства, мои люди, мгновенно понимают, где кто имеет. Дальше мы приглашаем этого человека, говорим: Василий Иванович, здравствуй, молодец.

Василий Иванович, а мы считаем, что вы правильно работаете, молодец. Я вас прикрою еще, вот с Абдуллой Абдурахмановичем поговорите, пожалуйста. Или Абрам Абрамович. Обязательно найдите время. Понятно, да? Вот что делал бы нормальный руководитель. Они бы поговорили. А ты министр глупенький, ты говоришь: у меня даже нет счета за рубежом. Хорошо, я тебе нанимаю небольшой «Гольфстрим» какой-нибудь, я тебя везу… Я нанимаю небольшой самолет, самолет за тобой пришлют в день, когда ты можешь полдня… Это целый рабочий день все равно. Ты у меня в 7 утра вылетишь. Хорошо, в 8. Ты у меня будешь в 9 в банке, в Вене, в Австрии. Там просто я тебя покажу. Там тебя вице-президент примет, все будет хорошо. Никто там тебя фотографировать не будет, извини, это деликатное дело. Они же тебе намалюют офшорку панамскую или какую-то еще, неважно, в смысле они нарисуют сами. Понятно? Это без тебя все, тебе не нужно. И ты возвращаешься, и мы уже понимаем, кто у тебя держатель электронных ключей.

А.ОНОШКО: А как сейчас-то делают? Говорят, что вот это все устарело.

С.ДОРЕНКО: Я не могу все время устаревшие взгляды толкать. Это идет в офшорку, на хорошую пенсию. Ты же не хочешь за 6 тысяч в месяц жить, правильно? Или, там, за 18 тысяч в месяц. Рублей. Дура что ли? Нормальный человек, у тебя все будет хорошо.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Помните, господин Кудрин защищал господина Сторчака? Где он сейчас?

А.ОНОШКО: Работает в министерстве.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нормально работает.

А.ОНОШКО: Так вина его не доказана была.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Как вы думаете, за ним…?

С.ДОРЕНКО: Может быть. А как сейчас происходит коррупция? Какие-то новшества. Мне Алексей пишет, мы не совсем в курсе, сейчас какие-то новшества в коррупции. Алексей, позвоните, пожалуйста, я вас очень прошу. Расскажите мне, пожалуйста, о коррупции по-новому. Какая-то есть новая коррупция, совершенно качественно новая. Я не думаю, что это Алексей звонит с каким-то левым номером. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, Сергей. Не могу рассказать про коррупцию, но… про реставрацию.

С.ДОРЕНКО: Реставрация, конечно, реставрация — это важно. Одни краски можно смешать как, о!

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: На ней делаются основные бюджеты. Но весь тот эффективный менеджерский аппарат, который пришел, это люди, честно говоря, не в теме. То есть большинство объектов, которые сейчас реставрируются, на взгляд, допустим, мой, как специалиста, это полный кошмар. То есть это элементарные ошибки, это абсолютно неверное решение, это несоответствие как бы проектам или попытка как-то выкрутиться.

С.ДОРЕНКО: А где нет коррупции?

А.ОНОШКО: Там, где нет денег. В МИДе нет коррупции.

С.ДОРЕНКО: В МИДе нет денег? Дорогая, а как же? А на приемы?
«Ой, в МИДе нет денег? Немерено в МИДе денег», — пишет Юрий. «У меня друг в МИДе завхозом работает, так там даже табличка на один из кабинетов стоила 7 миллионов рублей».
«В МИДе нет денег? — говорит Александр. — Ха, ха. Да у меня куча друзей-мидовцев, поинтересуйтесь, сколько стоит содержание любого посольства. Вы сейчас зашатаетесь».

А.ОНОШКО: Но это все относится к хозяйственной части, просто посольство, а дипломаты ничего нигде не могут получить, я имею в виду вот эти, которые работают, я не про завхозов говорю.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Есть в России такая организация «Гохран», там коррупция уничтожается на корне. Ее выявляют и искореняют.

С.ДОРЕНКО: Приведите примеры, в какой момент она может возникнуть там?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Когда начинают возникать всякие клановые связи, протекционизм, всякие любимчики — вот там возникает коррупция.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я не знаю, где нет коррупции, даже в библиотеке иностранной литературы чудовищная коррупция.
...я была знакома с начальником отдела каталогизации этой библиотеки, это такие квартиры, это такие зарубежные счета. Вот деньги Сороса, которые давались на эту библиотеку, половина отмывалась просто…

С.ДОРЕНКО: Библиотечное дело, оказывается, прибыльным, видите. Мы правильно ориентируем юношество с вами.
Как сказал мне один русский высокопоставленный господин: они же американцы, мы на своей земле. Если мы их здесь не обманем, то они нас там обманут, он говорит. Но здесь, на нашей русской земле, пришли американцы с вложениями, с деньгами, он говорит, мы их железно обманем, они даже не поймут, как. Я говорю: бог в помощь. Правда, по-моему, он их обманул, но совместное предприятие закрылось через полтора года. То есть он обманул американцев круто, нормально все, баблос заработал, но потом закрылось совместное предприятие, потому что американцы поняли, что их обманули.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Коррупции нет, есть золотые парашюты.

С.ДОРЕНКО: Золотые парашюты. В частных организациях?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нет, в госкорпорации «Росатом», например. И в дочерних ее структурах.

С.ДОРЕНКО: Какой золотой парашют примерно?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: В районе до 100 миллионов рублей.

С.ДОРЕНКО: Я помню, какой-то момент в телекомпании в одной происходил переворот, а потом гендира сняли, того, который проводил переворот, по-моему, там было 10 миллионов долларов золотой парашют.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Госкорпорация «Газпром» тоже является государственной корпорацией, там, наверное, еще побольше.

С.ДОРЕНКО: Не знаю. Я просто знаю случай из жизни телевидения, когда курочили одну компанию, и там одного человека потом сняли через какое-то время. И ему 10 миллионов долларов вроде бы выплатили за то, что он курочил компанию. И потом что-то год, наверное, был ее президентом, главой, гендиретом. Так что, Настен, 10 лямов золотой парашют.


Tags: Философия жизни
Subscribe

  • СОРОК ВОСЕМЬ БУКВ С ПРОБЕЛАМИ И ТОЧКОЙ

    Оригинал взят у putnik1 в СОРОК ВОСЕМЬ БУКВ С ПРОБЕЛАМИ И ТОЧКОЙ " В результате на востоке и юге Украины вспыхнули…

  • Вот и все

    Оригинал взят у donrf в Вот и все «С учетом высказанных Ангелой Меркель соображений российский лидер отметил готовность дополнить…

  • ПРАВДА ИЛИ ЛОЖЬ

    Оригинал взят у snayper_poet в ПРАВДА ИЛИ ЛОЖЬ За последние несколько дней в ленте появилось столько новостей о грядущем сливе, что не…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments