partagenocce (partagenocce) wrote,
partagenocce
partagenocce

Как сжигали чучело Евгения Евтушенко. Кончина поэта Рюхина

Оригинал взят у 3d_shka в Как сжигали чучело Евгения Евтушенко. Кончина поэта Рюхина
— А вот он, Рюхин! — ответил Иван и ткнул грязным пальцем в направлении Рюхина.
Тот вспыхнул от негодования.

"Это он мне вместо спасибо! — горько подумал он, — за то, что я принял в нем участие! Вот уж, действительно, дрянь! "

— Типичный кулачок по своей психологии, — заговорил Иван Николаевич, которому, очевидно, приспичило обличать Рюхина, — и притом кулачок, тщательно маскирующийся под пролетария. Посмотрите на его постную физиономию и сличите с теми звучными стихами, который он сочинил к первому числу! Хе-хе-хе.. . "Взвейтесь! " да "развейтесь! "... А вы загляните к нему внутрь — что он там думает.. . вы ахнете! — и Иван Николаевич зловеще рассмеялся.
М. А. Булгаков "Мастер и Маргарита"
О мертвых нужно говорить правду.
[Spoiler (click to open)]А плохая или хорошая она, эта "слава", без разницы. Сам ли он писал свои стихи или ЛИТЕРАТУРНЫЕ РАБЫ", или "МЕРТВЕЦЫ"? Как и Окуджава, пользовался военными тетрадками погибших неизвестных поэтов. Таких тетрадок его дружбан, "закосивший " плагиатор и вор, Окуджава накопал столько, что хватило бы не на одну  жизнь...
Начнем с того, что он Евгений Гангнус.
54_02.jpg
Немного нюансов с ВИКИ
С 1986 по 1991 год был секретарём Правления Союза писателей СССР. С декабря 1991 года — секретарь правления Содружества писательских союзов. С 1989 года — сопредседатель писательской ассоциации «Апрель». С 1988 года — член общества «Мемориал».

Одна глава поэмы «Казанский Университет» посвящена В. И. Ленину и написана как раз к 100-летнему юбилею Ленина. По заверениям самого поэта, всё это (равно как и другие искренно-пропагандистские его стихотворения советского времени: «Партбилеты», «Коммунары не будут рабами» и т. п.) — следствие влияния пропаганды[32]. Андрей Тарковский, прочитав «Казанский университет» Евтушенко, в своих дневниках писал: «Случайно прочёл… Какая бездарь! Оторопь берёт. Мещанский Авангард <…> Жалкий какой-то Женя. Кокетка <…> В квартире у него все стены завешаны скверными картинами. Буржуй. И очень хочет, чтобы его любили. И Хрущёв, и Брежнев, и девушки…»[33].

В 1962 году в газете «Правда» опубликовано ставшее широко известным[34] стихотворение «Наследники Сталина», приуроченное к выносу из Мавзолея тела Сталина. Большой резонанс вызвали и другие его произведения: «Бабий яр» (1961), «Письмо Есенину» (1965), «Танки идут по Праге» (1968). Несмотря на столь откровенный вызов тогдашней власти, поэт продолжал печататься, ездить по всей стране и за рубеж.

Известными стали его выступления в поддержку советских диссидентов Бродского, Солженицына, Даниэля[35]. Несмотря на это, Иосиф Бродский недолюбливал Евтушенко (со слов Сергея Довлатова известна его крылатая фраза «Если Евтушенко против колхозов, то я — за») и резко раскритиковал избрание Евтушенко почётным членом Американской академии искусств и словесности в 1987 году.

В 1990 году стал сопредседателем Всесоюзной ассоциации писателей в поддержку Перестройки «Апрель».

Был Евтушенко, который писал: «Я не хочу, задрав штаны, бежать вослед за этим комсомолом». И был Евтушенко, который написал «Братскую ГЭС». Был автор «Бабьего Яра», о котором поэт Марков писал: «Какой ты настоящий русский, когда пошел на свой народ/ Душа, как брючки, стала узкой, пустой, как лестничный пролет», и был Евтушенко, который хотел, чтобы власть его любила и осыпала всеми прелестями номенклатурной советской жизни. Он сам о себе сказал: «Я тик-так, сегодня так, а завтра так».
Травля и попытки развала Союза писателей СССР регулярно предпринимались примерно с 1986 года. И это не удивительно — именно писательский Союз был к тому времени одной из самых богатых общественных организаций СССР, поскольку в его пользу отчислялась сотая доля процента с себестоимости каждой произведенной в стране книги, но книг тогда издавалось так много, что и с этой сотой процента Союз ежегодно получал многомиллионный капитал (это в советские-то времена!) и владел огромным даже по нынешним временам материальным имуществом, прежде всего недвижимостью в столице, каждом областном городе, дачами в Подмосковье, на берегах Балтийского и Черного морей, дачными поселками в Переделкино, Малеевке, Внуково и др. Господа демократы-либералы намеревались под шумок поживиться бесхозным, как они тогда полагали, добром.
Об этих перипетиях рассказывать не буду. В итоге противостояния под громкие политические крики во славу народа и демократии писатели 1990-х разделились на две большие группировки — русскую патриотическую и еврейскую либерально-демократическую. С национальными вкраплениями в ту и другу группировку, это само собой разумеется.
Поскольку 95 % советских СМИ в те времена работали исключительно на демократов, травля русской группы со стороны государства и прессы, а следом и со стороны начитавшейся клеветы и ненавидящей русских писателей за их «реакционность» столичной интеллигенции была не просто дикая, а изуверская. В этих условиях все то, что всплывает на поверхность в спокойные годы, когда можно поживиться общественным добром без какого-либо риска, отхлынуло и попряталось у себя на дачах. Оставались только порядочные, по-боевому настроенные люди — русские писатели и литераторы. Русскую патриотическую группу возглавляли Юрий Бондарев и Борис Шереметьев (капитан первого ранга в отставке), к ним осторожно примыкал, то и дело открещиваясь, старенький Сергей Михалков. По ним и пришелся главный удар лжи либеральной идеологической махины.
Во главе либерально-еврейской группы стояли Евгений Евтушенко и Римма Казакова. Их опорой, помимо СМИ, были равно окружение Михаила Горбачева и окружение Борис Ельцина. Вот эти силы и приняли решение провести очередной съезд Союза писателей СССР, с помощью прибалтов, молдаван и грузин объявить о его самороспуске с передачей всего имущества национальным союзам и группе Евтушенко. Русских писателей от участия в съезде намеревались отстранить.
Само собой разумеется, не на тех напали. Началась ожесточенная политическая борьба за сохранение Союза, но с его реорганизацией в Международное сообщество писательских союзов. Надо признать, что борьба эта была трудной, однако определенный эффект давала, поскольку горбачевские и ельцинские власти под эгидой США игрались в демократию и открыто прикрыть общественную организацию, присвоив себе ее капиталы, не решались.
Всесоюзный съезд писателей от либералов-евреев намечался на первую половину 1991 года. В самом начале года, в январе, Александр Проханов, в то время не особо раскрученный газетчик и слабенький писатель, пришел к Борису Шереметьеву с предложением провести в сквере перед домом Ростовых (центральное здание Союза писателей СССР) митинг в защиту Союза и сжечь на этом митинге чучело Евтушенко по примеру того, как в 1920-х годах жгли на площадях чучела Чемберлена, Даладье и др. западных политиков. Идея была одобрена сразу же.
Поскольку жена Проханова — профессиональный скульптор, он взялся уговорить женщину изготовить чучело, внешне очень похожее на Евгения Александровича, но гарантировать ее согласие не мог. По сей причине Шереметьев предложил изготовить простенький дубль — две перекрещенные палки, на которые надели драную одежонку и нацепили плакат «Евтушенко».
Жена Проханова изготовила настоящее произведение искусства — не узнать в нем Евтушенко было невозможно. Так что сжигали разом два чучела.
Митинг состоялся (точную дату не помню, знаю только, что во второй половине января 1991 года). Участвовали в нем около 200 писателей. Попытки Евгения Александровича не допустить сожжения чучел поддержки у его согруппников не нашли — разогнать писателей в принадлежащем их Союзу сквере власти не решились. Либерально-еврейские писатели попрятались по домам и, как это обычно бывает, почему-то ждали еврейского погрома. Евтушенко был брошен ими в полном одиночестве и с ненавистью наблюдал за символическим сожжением его из окна своего кабинета в доме Ростовых (там находилась резиденция его группы).
На следующий день многие СМИ вышли с фотографиями сожжения евтушенковских чучел. После этой акции до поэта наконец-то дошло, что он всего лишь служит ширмой для определенной группировки политических жуликов, которая готова предать его в любую минуту. Т.е. что его дружки ничем не лучше его самого. Примерно через месяц Евтушенко умотал в США, заявив публично, что принимать на себя всеобщую ненависть, в то время как никто не желает разделить с ним ответственность, он не намерен. По сей день он приезжает в Россию только по мере необходимости решать материальные и юридические дела.
Сегодня уже очень немногочисленные либеральные СМИ лопочут о желательности извиниться перед «великим» поэтом за столь варварское обращение с его «светлой» душой. Практически все участники митинга глубоко уверены, что акция против Евтушенко была справедливой и своевременной, что это Евтушенко обязан просить прощения у Отечества за свои гнусные делишки времен развала СССР. Я полностью с ними согласен.
Международное сообщество писательских Союзов разворовали не столь оперативно, но весьма основательно — остается только хитиновая оболочка с пустотой внутри — раковина бывшего Союза. Разворовали ворюги куда более высокой чем либералы-евреи квалификации, интернациональные ворюги, преимущественно с Востока и из русской глубинки.
Ныне некогда единый Союз писателей развален на шесть Союзов, причем пять из них были организованы в начале 1990-х годов либералами-евреями с четкой целью развалить Союз писателей СССР на корню. Эта цель ими достигнута. Ныне быть членом Союза писателей скорее стыдно, чем почетно.
Все организаторы митинга января 1991 года и его участники ныне не у дел, за исключением старенького Александра Проханова, автоматически долдонящего пропутинскую философскую чушь под прикрытием т.н. Изборского клуба.

© Copyright: Виктор Еремин, 2013
Вечно он рядился, как баба, в попугайские пинжаки и галстуки, кокетничал, вертел задом и перед публикой, и перед начальством. Вечно ориентировался на широкие массы и на стадионы, на количество в ущерб качеству. Шобы народ понЯл...
Да и эти попугайские пинжаки плохи не сами по себе, они отражают поверхностность Евтушенко, его нацеленность на внешние эффекты. Эта страсть к лицедейству, эти клоунские пиджаки постоянно утягивали его в пошлость, в пижонство и эксгибиционизм. Такие пиджаки даже у Баскова не встретишь.А от поэта, который, по собственному (а теперь уже и расхожему), утверждению, даже "больше, чем поэт", ожидаешь чего-то более глубокого. Это не поэзия, а поп-поэзия.






Tags: Капитализъм, демшиза, за все хорошее, информационные войны, манипуляция сознанием, миромодераторы, мифы и мифотворчество, не надо питать иллюзий, не удобная история, периферийный капитализм, разделяй и властвуй, с кем вы мастера культуры
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments