Троцкизм. (из черновых набросков к книге)

Но тут мне могут возразить историки, что ничего страшного в секретности «троек" не было, потому что все-таки Фриновский дал указание до 2-ой категории арестованных, т.е. до приговоренных к заключению, доводить приговоры. Фактически, это указание о рассекречивании приказа №00447. Эти ученые-историки такие акробаты, что будут изворачиваться до последнего. Только тогда ситуация еще смешнее. Тогда они забыли «найти» в архивах документы о создании специальных лагерей для репрессированных по этой «кулацкой», как ее называют, спецоперации, с запретом о содержании их совместно с другими заключенными. И документы с указанием обязательно этих репрессированных содержать в заключении так, чтобы они не вышли на свободу и все умерли в лагерях. Потому что до 1988 года ни в СССР, ни за его пределами никто слыхом не слыхивал о «тройках», как я уже писал, которые в 1937-1938 годах приговорили к расстрелу и заключению 1 млн. 300 тысяч человек. Секретность была сохранена, несмотря ни на что.
    А с указанием приводить приговоры к расстрелу, не доводя их до приговоренных, еще смешнее. Это как вы себе представляете массовые расстрелы людей, мужиков трудоспособного возраста, в подавляющем большинстве, бывших кулаков, пьяными чекистами, без объявления приговоров? Учтите еще, что эти люди совсем недавно прочитали в новой Конституции, что их даже арестовать без решения суда и санкции прокурора никто не имел права. Вы бы на их месте что подумали, когда вас при таких обстоятельствах поставили бы на край могилы? Конечно, были бы многочисленные эксцессы, связанные с нападением расстреливаемых на исполнителей приговоров. Люди же думали бы, что чекисты, напившись спирта, занимаются произволом. Бывшие кулаки и уголовники – это вам не еврейские женщины и старики, которых также немцы расстреливали на оккупированных территориях, и они безропотно раздевались и становились у расстрельных рвов. Конечно, фальсификаторы «Большого террора» не придумали ничего лучшего, как срисовать картину с Холокоста.
     А ведь разоблачители этих несуществовавших репрессий еще находили старых чекистов и опрашивали их на предмет, как приводили в исполнение расстрельные приговоры. Я не буду здесь приводить эти рассказы, у меня и так уже слишком много юмора получилось. Чекисты, презирая опрашивающих, несли такое, что это нужно писать в книгах совершенно другого жанра.
   Надеюсь, вы уже начали понимать, что «Большой террор», начатый «кулацкой» спецоперацией  по приказу НКВД №00447 похож на поросячью чушь, которая визжит так, что уши закладывает.
    И весь этот дурдом, как гласит официальная версия, прекратил одним махом Лаврентий Павлович Берия, когда сменил на посту начальника ГУГБ Фриновского. Любимый документ бериефилов: «СОВЕТ НАРОДНЫХ КОМИССАРОВ СССР
ЦЕНТРАЛЬНЫЙ КОМИТЕТ ВКП(Б)

ПОСТАНОВЛЕНИЕ
от 17 ноября 1938 года № 81

ОБ АРЕСТАХ, ПРОКУРОРСКОМ НАДЗОРЕ И ВЕДЕНИИ СЛЕДСТВИЯ

№ П 4387

СНК СССР и ЦК ВКП(б) отмечают, что за 1937—1938 годы под руководством партии органы НКВД проделали большую работу по разгрому врагов народа и очистили СССР от многочисленных шпионских, террористических, диверсионных и вредительских кадров из троцкистов, бухаринцев, эсеров, меньшевиков, буржуазных националистов, белогвардейцев, беглых кулаков и уголовников, представлявших из себя серьезную опору иностранных разведок в СССР и в особенности разведок Японии, Германии, Польши, Англии и Франции.
Одновременно органами НКВД проделана большая работа также и по разгрому шпионско-диверсионной агентуры иностранных разведок, пробравшихся в СССР в большом количестве из-за кордона под видом так называемых политэмигрантов и перебежчиков из поляков, румын, финнов, немцев, латышей, эстонцев, харбинцев и проч.
Очистка страны от диверсионных повстанческих и шпионских кадров сыграла свою положительную роль в деле обеспечения дальнейших успехов социалистического строительства.
Однако не следует думать, что на этом дело очистки СССР от шпионов, вредителей, террористов и диверсантов окончено.
Задача теперь заключается в том, чтобы, продолжая и впредь беспощадную борьбу со всеми врагами СССР, организовать эту борьбу при помощи более совершенных и надежных методов.
Это тем более необходимо, что массовые операции по разгрому и выкорчевыванию враждебных элементов, проведенные органами НКВД в 1937—1938 годах при упрощенном ведении следствия и суда, не могли не привести к ряду крупнейших недостатков и извращений в работе органов НКВД и Прокуратуры…»

     Вроде вот вам подтверждение, что «большой террор» все-таки был?! «Массовые операции по разгрому и выкорчевыванию».   Ага, щас! Там же:
«Такая недооценка значения агентурной работы и недопустимо легкомысленное отношение к арестам тем более нетерпимы, что Совнарком СССР и ЦК ВКП(б) в своих постановлениях от 8 мая 1933 года, 17 июня 1935 года и, наконец, 3 марта 1937 года давали категорические указания о необходимости правильно организовать агентурную работу, ограничить аресты и улучшить следствие».
      «Ограничить аресты» давались указания, а куда делись указания всех врагов массово арестовать и половину расстрелять? Что должны были подумать, читая это Постановление за подписью Сталина, чекисты, которые производили массовые аресты по утвержденному Сталиным приказу Ежова? Как ловко Иосиф Виссарионович на них стрелки перевел?
      Сталин мог быть каким угодно гадом, но так тупо компрометировать себя в глазах личного состава всего НКВД он точно не мог. 
  А может, массовые операции в понимании Сталина – это не сто тысяч человек за ночь арестованных, а человек пятьдесят? И где в Постановлении «тройки», если в нем только об упрощенном ведении суда указано и о никаких несудебных органах, расстрелах в «административном порядке», как написано в письме Политбюро, нет ни слова?
   Ладно, больше не буду вас томить и интриговать. Пора подводить черту под историей с приказом наркома НКВД Н.И.Ежова № 00447.
    Как мы видим, чтобы придать этой фальшивке вид историчности, нужно было переработать и подменить в архивах значительный пласт документов. Не в одном архиве, а во всех архивах управлений КГБ СССР. Это работа таких масштабов, которую без проколов провести практически невозможно. Да еще нужно учитывать личности тех, кто занимался этим подлым делом. Умный человек на подлость, даже если она сулит сиюминутную выгоду, никогда не пойдет. Подлость совершают дураки. Они дураки, если даже имеют по три высших образования и профессорские звания. Обязательно где-нибудь допустят позорящий их ляп. В надежде на это я начал перелопащивать все опубликованные сборники архивных документов по теме. И      В сборнике «Через трупы врага, на благо народа. «Кулацкая операция» в Украинской ССР 1937-1941 гг. Довбня О.А., Макарова Л.С. (ред.). Роспэн. 2010г»  опубликован с указанием  архивного исходника «ОГА СБУ. Ф. 9. Д. 619. Л. 104. Типографский экземпляр»   такой документ:
«8 мая 1939 г.
Совершенно секретно
ПРИКАЗ Народного Комиссара Внутренних Дел Союза ССР за 1939 год

СОДЕРЖАНИЕ:

№ 00497. О дополнении директивы НКВД и Прокуратуры СССР от 26 декабря 1938 г.
№ 2709 и приказа НКВД СССР № 00116-1939 г.
8-го мая 1939 г., гор. Москва


В дополнение к изданной НКВД СССР и прокурором Союза ССР директиве № 2709 от 26 декабря 1936 года и приказа НКВД СССР № 00116 от 4 февраля 1939 года «О порядке рассмотрения жалоб осужденных ранее действовавшими тройками при НКВД, УНКВД и УРКМ»,

ПРИКАЗЫВАЮ:

При рассмотрении жалобы того или иного осужденного бывшей тройкой, проходившего по групповому делу, одновременно разрешать вопрос о проверке дела и по отношению других лиц. В случае установления неправильности вынесенного решения в отношении всех или некоторых лиц, проходивших по данному делу, пересматривать таковые независимо от того, что от этих осужденных жалоб не поступало.

Если же в результате проверки будет установлена правильность осуждения лиц, не подавших жалоб, то при поступлении от них жалоб оставлять их без рассмотрения и сообщать об этом жалобщикам, за исключением случаев, указанных во 2-й части пункта 7 приказа НКВД СССР № 00116-1939 г.

Кроме того, если при просмотре находящихся в производстве старых следственных дел, по которым арестованные, ранее проходившие по групповым делам, ввиду прекращения их следственных дел будут освобождены, то и дела на осужденных тройками по показаниям этих лип также немедленно пересматривать.

Усмотрев неправильность рассмотрения тройками следственных дел, не подпадавших под действие приказа НКВД СССР № 00447 за 1937 г., по своему характеру подлежавших рассмотрению судов, решения троек по таким делам отменять, дела доследовать и направлять по подсудности.

К основаниям для проверки дел и возможного изменения вынесенных тройками решений относить не только жалобы осужденных, а также и другие обстоятельства, устанавливающие неправильность приговоров (заявления родственников осужденных, материалы последующих следственных дел, судебные процессы и т. д.).

Заместитель народного комиссара внутренних дел СССР
комиссар государственной безопасности 3-го ранга В. Меркулов»


        Это даже не забытый членом банды капроновый чулок. Это в банке оставили план ограбления вместе со списком всех членов банды. Приказ за подписью В.Меркулова превращает всю огромную массу документов о массовом же терроре, начатом приказом №00447 в огромную кучу мусора, рассованного по разным архивам. Вся гигантских масштабов работа по организации «ограбления банка» полетела к чертям из-за халатности украинских КГБэшников (это у них сохранился документ). Проклятые хохлы всю малину «Мемориала» испоганили…
     Вы, если забыли о чем я писал, касаясь Особого совещания при наркоме НКВД в начале главы или если вам качественно зашлаковали мозги «тройками», можете задать мне правомерный вопрос: почему я пишу об отсутствии упоминаний о «тройках» вплоть до 80-х годов, при этом выкладываю приказ, касающийся работы троек.
    Ответ на этот вопрос очень прост. Я уже писал это. Но в связи с важностью вопроса, кратко продублирую. После создания НКВД в 1934 году, Постановлением ЦИК и СНК СССР от 15 ноября 1934 года было создано Особое совещание при наркоме НКВД СССР. Несудебный орган, которому было дано право рассматривать дела, наказание по которым не превышало срок заключения 5 лет. Понятно, что это были преступления, за исключением ст. 58, «политической», там сроки по всем пунктам были выше.
    В состав ОСО входили 1) нарком НКВД и его заместители, уполномоченный Народного комиссариата внутренних дел СССР по РСФСР; 2) начальник Главного Управления Рабоче-Крестьянской милиции; 3) наркомы НКВД Республик.  Обязательно при рассмотрении дел ОСО принимал участие Прокурор СССР.
     В связи с большим количеством предполагавшихся к рассмотрению дел, приказом НКВД № 00192 от 27 мая 1935 года на местах, при наркоматах НКВД Республик и Управлениях НКВД в областях и районах, были созданы подразделения ОСО, которые назывались в официальных документах «тройки НКВД, УНКВД (в ряде случаев они применялась не запятая, писали так НКВД/УНКВД) и УРКМ».
   Почему НКВД/УНКВД? НКВД – это когда тройка работала в Республике, а УНКВД – областная. В народе эти тройки получили название «милицейская тройка» по аналогии с бывшими тройками УРКМ при ОГПУ и потому, что материалы после рассмотрения их тройкой, вместе с вынесенным решением, на утверждение непосредственно в ОСО направлял не нарком НКВД  республики или начальник УНКВД области-края, а начальник Управления РКМ.  Ну и рассматривала тройка, как материалы НКВД, так и материалы милиции, но только общеуголовного характера, без 58-ой.
    Эта тройка выносила по рассмотрении материалов на уголовников решение, а утверждало решение, после чего оно вступало в законную силу, Особое совещание. Вот поэтому и у Солженицына, и у Шаламова есть тройка ОСО, но нет троек НКВД.
      И в приказе за подписью В.Меркулова мы видим, что он создан в дополнение директивы № 2709:  
« Директива № 2709 наркома внутренних дел СССР Л. П. Берии и прокурора СССР А. Я. Вышинского об отмене решений бывших троек НКВД

28 декабря 1938 г.

ИЗ МОСКВЫ. № 2708 НИКОЛАЕВ, УНКВД, ВСЕМ НКВД И НАЧ. УНКВД КРАЕВ И ОБЛАСТЕЙ И НАЧАЛЬНИКАМ СООТВЕТСТВУЮЩИХ ОБЛАСТЕЙ, РК МИЛИЦИИ, ПРОКУРОРАМ СОЮЗНЫХ И АВТОНОМНЫХ РЕСПУБЛИК, КРАЕВ (ОБЛАСТЕЙ), ЛАГЕРЕЙ, ЖЕЛЕЗНОЙ ДОРОГИ и ВОДНОГО

ТРАНСПОРТА

1. Во всех случаях поступления заявлений и жалоб на решения Троек, действовавших при НКВД союзных, автономных республик и

областных (краевых) Управлений НКВД и Управлений РК милиции, Начальники соответствующих УНКВД или РК милиции обязаны рассмотреть жалобы и заявления и решить вопрос о том, подлежат ли пересмотру решения по этим заявлениям и жалобам.

2. В случае признания неправильности вынесенного решения и необходимости его отмены Начальники соответствующих Союзных, автономных республик НКВД и (краевых) Управлений НКВД или Управлений РК милиции, — выносят постановления об отмене реше­ния и прекращении дела.

3. Постановления об отмене ранее принятого решения сообщается в 1-й Спецотдел НКВД СССР и заявителю.

Берия Вышинский

28.XII.1938 г.

ОГА СБУ. Ф. 9. Д. 672. Л. 206. Копия. Машинописный документ».

      И в дополнение приказа НКВД СССР № 00116 от 4 февраля 1939 года «О порядке рассмотрения жалоб осужденных ранее действовавшими тройками при НКВД, УНКВД и УРКМ».

   Т.е., «Усмотрев неправильность рассмотрения тройками следственных дел, не подпадавших под действие приказа НКВД СССР № 00447 за 1937 г., по своему характеру подлежавших рассмотрению судов, решения троек по таким делам отменять, дела доследовать и направлять по подсудности» -  Приказ НКВД СССР № 00447 касался работы не каких-то троек, которые созданы этим же приказом...  Понимаете? Дела, подпадавшие под действие приказа №00447, рассматривали тройки НКВД/УНКВД и УРКМ, «милицейские тройки». Но они не имели права до 1941 года рассматривать дела по преступлениям, предусмотренных статьей 58-ой УК РСФСР и аналогичными статьями УК Союзных Республик.
   Это не гвоздь в крышку гроба «массовых репрессий» 1937-1938 годов, это аннигиляция всей грандиозной лжи о 650 тысячах расстрелянных по приговорам незаконного неконституционного органа – тройкой НКВД.
  Никакой «кулацкой» спецоперации по приказу наркома НКВД № 00447 никогда не существовало. Настоящий приказ № 00447, уничтоженный фальсификаторами и подмененный нелепейшей фальшивкой, касался порядка работы подразделений Особого совещания при наркоме НКВД в республиках и областях. По приказу № 00447 только уголовники получили максимум 5 лет ссылки или заключения. Никакой 58-ой статьи! Никаких расстрелянных более 400 тысяч кулаков и антисоветчиков и столько же посаженных на 10 лет! ...

15 лет протесту Марвина Химейера, Человека-Бульдозера

Марвин Химейер (28 октября 1951 — 4 июня 2004)

https://varjag2007su.livejournal.com/4451208.html


Чудо-бульдозер Марвина


15 лет назад, 4 июня 2004 года, в американском городке Грэнби случился личный бунт простого американца 52-летнего сварщика Марвина Химейера (Marvin Heemeyer), которого некоторые называют за это "последним американским героем".
Но обо всём по порядку. Марвин был владельцем автомастерской. Он ничего не знал о законах капитализма, которые давным-давно описаны марксизмом: что крупные хищники рано или поздно пожирают мелкий бизнес, и он в этом противостоянии обречён. Но зато Марвину довелось испытать действие этих законов на практике... Рядом с его фирмой располагался цементный завод Mountain Park, который в какой-то момент стал расширяться. Он вынудил всех соседей Марвина за небольшую плату продать свою землю, но Марвин не пожелал расставаться со своей "священной и неприкосновенной частной собственностью". Тогда завод стал душить упрямца. Строго по законам буржуазного общества, Марвину перекрыли подачу воды, света, отвод канализации, закрыли все подъезды к его автомастерской.

Марвин решил проложить другую дорогу, и даже купил для этого списанный бульдозер Komatsu D355A-3, но власти отказали ему в разрешении на прокладку новой дороги.[Spoiler (click to open)] Почувствовав "кровь жертвы", на Марвина мгновенно накинулись и другие буржуазные хищники: банк пожелал отнять дом по ипотечному кредиту, государство оштрафовало за отсутствие канализации (хотя Марвин просто физически не мог её проложить по чужому участку). Химейер обратился в суд против завода, но судебную тяжбу проиграл. Другой на его месте сдался бы. Но он решил бороться или, по крайней мере, отомстить.
На несколько месяцев он закрылся в своей мастерской. Всё это время он превращал свой бульдозер Komatsu D355A-3 в оружие возмездия. Обшил его 12-миллиметровыми стальными листами, проложенными сантиметровым слоем цемента. Теперь под этой многослойной бронёй полицейские пули и даже взрывы гранат ему были нипочём. Оснастил машину телекамерами с выводом изображения на мониторы внутри кабины. Запасся продовольствием, водой, противогазом и вооружением (винтовка Barrett M82, карабин Ruger AC556, револьвер Magnum с патронами). Наконец, самодельным подъёмным краном опустил на шасси броневой короб, заперев себя внутри. «Опуская короб, Химейер понимал, что после этого из машины ему уже не выбраться», – заявили полицейские эксперты.



И вот 4 июня 2004 в 14:30 бронированная чудо-колесница Марвина выехала из гаража. Он заранее составил список своих целей. Для начала он проехал через территорию завода, тщательно снеся здание заводоуправления, производственные цеха и вообще всё-всё-всё вплоть до последнего сарая. Потом двинулся по городку. Снёс здание банка, который пытался давить на него через досрочный возврат ипотечного кредита. Разрушил здания газовой компании, отказавшейся после штрафа заправлять его кухонные газовые баллоны, здание мэрии, офисы городского совета, пожарной охраны, товарного склада, несколько жилых зданий, принадлежавших мэру города. Срыл редакцию местной газеты и публичную библиотеку. Снял фасады с домов членов городского совета. Дома других жителей городка Марвин не тронул. При этом Марвин, чтобы отпугнуть полицейских, стрелял в воздух из винтовок и стволов через прорезанные в броне амбразуры, но целился поверх голов — от его действий не погиб и даже физически не пострадал ни один человек. Все попытки остановить непробиваемый бульдозер были тщетны, даже когда в выхлопную трубу ему забросили гранату — оказалось, предусмотрительный Марвин заранее вварил туда решётку. Три взрыва и более 200 пуль, выпущенных по бронебульдозеру, практически не причинили ему вреда. Губернатор Колорадо заметил о действиях Марвина: «Город выглядит так, как будто через него пронесся торнадо». Полиции пришлось эвакуировать 1,5 тыс. жителей и перекрыть все дороги, включая федеральную трассу, что всех особенно потрясло.
Бульдозер остановился, только когда рикошетом пробило радиатор. Но он уже выполнил намеченное... Когда полицейские взрезали броню автогеном, они нашли Марвина мёртвым. Он не собирался сдаваться им живым, и последнюю пулю приберёг для себя.
Такова эта история с печальным концом. Марвин отомстил своим врагам: завод так и не смог оправиться и продал свою территорию вместе с развалинами. Но порядки, против которых он боролся, остались, разумеется, неизменными. Поэтому на вопрос: так ли надо бороться? — ответить можно только: разумеется, не так! Но это не делает менее исторически значимым этот отчаянный протест "маленького человека"...


Троцкизм. (из черновых набросков к книге)

Юрий Николаевич Жуков выступил с книгой «Иной Сталин», как…  Обязательно прочтите ее, если хотите почувствовать настоящий запах «мозга нации». В этой книге автор выдвинул концепцию желания Сталина провести альтернативные выборы в Верховный Совет СССР  по Конституции 1936 года, но партноменклатура, испугавшись того, что народ, озлобленный перегибами при коллективизации и индустриализации, не выберет ее представителей, воспротивилась, придумала, что в областях и республиках есть масса врагов советской власти, вынудила Сталина пойти на репрессии против этих выдуманных врагов.
  Особенно изумительны доказательства, приведенные Жуковым того, что Иосиф Виссарионович хотел «альтернативной демократии», автор приводит в качестве одного из них интервью Сталина американскому журналисту Готварду: «Вам кажется, что не будет избирательной борьбы. Но она будет, и я предвижу весьма оживленную избирательную борьбу. У нас немало учреждений, которые работают плохо. Бывает, что тот или иной местный орган власти не умеет удовлетворить те или иные из многосторонних и все возрастающих потребностей трудящихся города и деревни. Построил ли ты или не построил хорошую школу? Улучшил ли ты жилищные условия? Не бюрократ ли ты? Помог ли ты сделать наш труд более эффективным, нашу жизнь более культурной? Таковы будут критерии, с которыми миллионы избирателей будут подходить к кандидатам, отбрасывая негодных, вычеркивая их из списков, выдвигая лучших и выставляя их кандидатуры».
  Вы в этой цитате увидели что-то об альтернативных выборах? Тогда я вас поздравляю. Только альтернативные выборы – это несколько кандидатов с разными программами в одном избирательном бюллетене по одному избирательному округу. А в интервью американцу Сталин говорит не об этом, а о СПИСКАХ, только об утверждении кандидатур для бюллетеней.
А зачем Иосифу Виссарионовичу понадобились альтернативные выборы в Верховный Совет? Кого он туда хотел протащить, какую оппозицию (какая же альтернатива без оппозиции?)? Эсеровскую, меньшевистскую? И почему тогда сам избирался от ВКП (б) с программой ВКП (б)?
    Оказывается, дело в том, что Сталин в 1937 году мечтал стать… Горбачевым. В интервью «Комсомольской правде» Юрий Жуков об этом сказал прямо, комментируя образец избирательного бюллетеня, найденного им в архиве, с тремя кандидатами:
«Вот оно, неоспоримое доказательство готовившихся в 1937 г. выборов в советский парламент на альтернативной основе — с несколькими кандидатами. Разумеется, данный бюллетень всего лишь образец. Только потому в нем и название округа, и фамилии кандидатов, и еще не установленная дата самих выборов условны. Безусловно главное указание: «Оставьте в избирательном бюллетене фамилию ОДНОГО кандидата, за которого Вы голосуете, остальные вычеркните».
К сожалению, таких выборов пришлось ждать полвека...».

Через полвека, при М.С.Горбачеве, и дождались. В 1989 году выбрали на альтернативной основе депутатов первого съезда народных депутатов СССР. Зажглись на политическом небосклоне звезды А.Собчака, Г.Попова  и им подобных.
  Интересно, что чепуху, которую Ю.Жуков придумал про Сталина-альтернативщика, почти мгновенно раздолбали критики-историки из антисталинского лагеря.
    В 2009 году в 12-м номере журнала «Вопросы истории» вышла статья профессора университета им. Дж. Гопкинса. Балтимор, США, Г.И.Чернавского «Новые фальсификации «большого террора». Чернавский раздолбал Жукова с особым цинизмом, уличив в подтасовках и ссылках на несуществующие архивные документы.
Конечно, американский историк с русской фамилией никоим образом не отрицает факт «Большого террора», он только рвёт, как Тузик грелку, русского историка Жукова за перекладывания со Сталина на партноменклатуру вины в уничтожении сотен тысяч людей.
   Но итог «научной» (именно в кавычках) дискуссии о событиях 37-го года и роли Сталина в них определился. Дискуссия ушла в русло спора: кто виноват, Сталин или партия? Публика с интересом наблюдает за этим спором, отвлеченная вообще от рассмотрения вопроса о самом факте существования «Большого террора», не замечая подвоха.
  Папа Римский Франциск В ходе мессы в Ватикане 12 апреля 2015г.  поставил сталинизм в один ряд с геноцидом армян в Турции, нацизмом и массовыми убийствами в Камбодже, Руанде, Бурунди и Боснии.
 У вас появился вопрос: с чего это я вдруг вспомнил про папу Римского? Да к месту. Дело в том, что этот Франциск наградил орденом «Святого Георгия Великого» директора института истории РАН академика Чубарьяна Александра Огановича.  Академик Чубарьян еще и кавалер ордена Почетного легиона, ордена «За заслуги перед ФРГ», и российских орденов у него до пупа на пиджаке.
   Да-да, это директор института истории, в котором трудился  научным сотрудником В.Земсков и трудится главным (главным!) научным сотрудником Ю.Н.Жуков.
Наверно, за работы Жукова, защищающего Сталина,  его начальник Чубарьян получает на грудь цацки от папы Римского?! Или господин Чубарьян настолько … толерантен, что терпит в своем институте на должности главного научного сотрудника сталиниста?
  Одна моя знакомая блондинка выбирала себе автомобиль. Зашла в первый же автосалон, он оказался автосалоном «Рено» и купила себе «Рено», потому что там дилер ей объяснил, что эта машина – лучшая в мире. Блондинка не осознает, что дилер автосалона, расхваливающий покупателю машину другого производителя, с работы вылетит моментально. Такого же уровня умственного развития и наша просталинская публика, которая поверила, что из института, возглавляемого закоренелым антикоммунистом, может выйти что-то объективное о Сталине.

Предмет экономической науки

Попытка препарирования текущего состояния, всегда интересно.

https://khazin.ru/articles/6-jekonomika/2777-predmet-jekonomichesko-nauki

«Предмет экономической науки и эволюция экономики: реальность и дилемма»

1. Введение.


Любая наука, как только она преодолеет детский период описания внешних проявлений окружающего мира (в соответствии со своей спецификой, разумеется), создает собственный научный язык, на котором и описывает предмет своей деятельности. При этом, как показывает опыт, по мере развития науки этот предмет все более и более отрывается от реальности. И если не принять достаточно жестких мер, рано или поздно этот отрыв становится настолько большим, что можно ставить вопрос - а имеет ли он вообще какое-то отношение к реальности.

Одним из простейших вариантов преодоления этого разрыва между наукой и реальностью является государственный (ну, или частный, хотя достаточно богатых частников в истории просто не было, до того, чтобы финансировать создание НАУКИ они никогда не доходили, дело ограничивалось конкретными практическими применениями) заказ. При этом, опять-таки, как показывает опыт, возникает внутринаучный конфликт между «чистыми» учеными и «прикладниками», в рамках которого идут постоянные обвинения друг друга, либо в «непонимании» фундаментальных основ, либо же, соответственно, в «отрыве от реальности». Любой человек, работающий в системе АН СССР в 70-е - 80-е годы прошлого века с таким конфликтом сталкивался неоднократно.

В общественных науках (к которым, безусловно, относится экономика) эта ситуация выглядит еще более обостренно. Поскольку государственный заказ включает в себя две компоненты, которые, зачастую, конфликтуют друг с другом: идеологическую и практическую. Как мы увидим ниже, сегодняшние проблемы с невозможностью классифицировать и описать кризис, связаны как раз с подобным конфликтом. И в результате, внутри научный конфликт включает в себя уже не две, а три стороны: подход, требующий практических результатов, «идеологически правильный» государственный подход, и «чисто научный» подход, соответствующий, скорее, истории развития науки, чем каким-то внешним факторам.

Настоящая статья претендует на то, чтобы описать эту конфликтность в рамках «независимого» (от последних двух, разумеется) подхода [Spoiler (click to open)]- то есть дать возможность для исследователей применять методы экономической науки к более или менее соответствующему реальности предмету. Разумеется, к этому подходу можно предъявить свои претензии, но, по крайней мере, как показал опыт последних пятнадцати лет, он дает более адекватное описание современного кризиса, чем все альтернативные варианты.


2. Модель экономического развития капитализма.

Ключевым моментом этого подхода (который мы назвали «неокономикой») является представление о механизме развития современной экономики. И здесь мы исходим из достаточно давной концепции экономического развития капитализма, которую предложили на заре его появления первые меркантилисты. На тот момент идеология и государственный заказ еще не проникли на территорию натурфилософов, исследующих мир, и их рассуждения были вполне адекватны той реальности, которую они наблюдали. В частности, Антонио Серра писал: «Если вы хотите понять, какой из двух городов богаче, посмотрите на количество профессий, которыми владеют его жители. Чем больше профессий, тем богаче город».

В переводе на современный экономический язык эта фраза означает, что чем глубже уровень разделения труда в экономической системе, тем выше производительность труда и больше добавленная стоимость, создаваемая в ней. Иными словами, это подход, который позволяет описать капитализм как систему, в рамках которой развитие означает углубление разделения труда (РТ).

Углубление РТ несет в себе, как это обычно и бывает, не только позитивную (то есть рост производительности и доходов), но и негативную сторону. А именно, рост рисков для каждого конкретного производителя, связанный, грубо говоря, с необходимостью встраиваться во все более сложную технологическую цепочку. Значительная часть экономических работ автора последние 15 лет была как раз посвящена анализу механизмов снижения этих рисков (в рамках нее в начале 2000-х и был описан механизм тогда еще только предстоящего мирового системного экономического кризиса), однако эта тема не является предметом настоящей статьи. Для нас важно, что через 150 лет после А.Серра, Адам Смит сделал следующий важный шаг в понимании специфики развития капиталистической экономики.

Он написал о том, что в рамках замкнутой экономической системы углубление РТ рано или поздно останавливается и степень развития системы определяется ее масштабом (чем больше система, тем более она развита на момент остановки углубления РТ). С точки зрения соображения, высказанного в предыдущем абзаце, это совершенно естественно: в какой-то момент растущие риски снизят вероятность получения прибыли до нуля - и развитие производства остановится. Более того, эта остановка будет происходить постепенно, поскольку в разных отраслях, регионах и предприятиях риски существенно различаются. В связи с этим, у многих на первом этапе кризиса будет возникать ощущение, что кризис ничем не выделяется из череды обычных циклических кризисов и его можно легко преодолеть, более того, он, в некотором смысле, пройдет «сам собой».

Здесь нужно сделать два замечания. Одно состоит в том, что не очень ясно, понимал ли такую интерпретацию сам А.Смит или делал свои выводы из других соображений. Но в любом случае, вывод он сделал правильный и глубокий. Второе заключается в том, что попытки объяснить окружающим, что кризис пройдет «сам собой» делаются постоянно, например, путем использования термина «рецессия» для его описания. Дело в том, что «рецессия» - это как раз термин циклической теории и для описания кризиса, связанного с достижением предела разделения труда в рамках той или иной экономической системы (кризис, который в «неокономике» получил название «кризис падения эффективности капитала») он категорически не подходит.

Из этого тезиса А.Смита (выдвинутого, напомню, еще в XVIII веке, когда государственная идеология еще не лезла в науку, а церковь уже не лезла) следуют два основополагающих вывода. Первый состоит в том, что (относительно) замкнутые системы разделения труда при капитализме имеют тенденцию к расширению, а второй - что в какой-то момент, когда вся планета станет одной системой РТ, капиталистическое развитие заканчивается. Первый момент очень важен с точки зрения понимания истории развития экономических систем, особенно, последние 150 лет, второй позволяет нам объяснить проблемы современной экономической науки.


3. Конец капитализма как основа идеологического конфликта в экономической науке.


Вывод о конечности капитализма во времена А.Смита и даже Карла Маркса носил достаточно абстрактный характер. Во времена А.Смита сформировалась только одна, самая первая система разделения труда («технологическая зона» в нашей терминологии) - Британская, а впереди было еще появление Германской (60-е годы XIX века), Американской (конец XIX века), Японской (начала ХХ века) и Советской (30-е годы ХХ века), их конфликты, которые завершились I и II Мировыми войнами, «соревнование двух систем» (то есть, на самом деле, двух систем разделения труда), победа одной из них и создание единых глобальных рынков. Но сила К.Маркса была в том, что он, как человек, который смотрел на экономику не изнутри, а снаружи, как философ, смог еще в середине XIX века сделать глобальный философский вывод: капитализм - конечен!

Здесь нужно сделать одно важное замечание. Многие рассматривают социализм СССР как некоторый антипод капитализма, что, конечно, верно с социально-политической точки зрения, но совершенно не верно с точки зрения экономики. Дело в том, что механизм развития у них был один и тот же - углубление разделения труда. Это очень хорошо видно по соревнованиям в атомной или, скажем, космической отраслях. Социализм был в системе собственности и распределения - а в о взаимодействии с капиталистическим миром СССР выступал как государство-корпорация. Отсюда, кстати, и плановое хозяйство, которое присуще всем корпорациям, которые стремятся уменьшить объем внутренней конкуренции в силу его неэффективности.

Возможно, если бы социализм победил в мировом масштабе (как это изначально планировал К.Маркс), то можно было бы сменить модель развития, но в условиях жесткой конкуренции с капиталистическим окружением это оказалось явно невозможно. В любом случае, экономические эксперименты на ранней стадии Советской власти быстро показали, что их продолжение просто закроет весь советский проект в связи с невозможностью сопротивляться внешней агрессии. Но, еще раз повторю, для К.Маркса, в середине XIX века, эти соображения были еще абстракцией.

В любом случае, сделав главный вывод о конечности капитализма, Маркс поднял следующий вопрос: а что будет после него? И для ответа на этот вопрос он начал титаническую работу по созданию «сквозной» истории человечества от Адама до наших дней, включающую в себя не только экономику, но и историю, социологию и другие общественные науки. При этом, разумеется, ключевым фактором было то, что все это была написано единым философским языком, что и позволяло сделать эту теорию по настоящему системной, то есть взаимосвязанной по всем основным направлениям.

Вчерне эта работа была сделана к концу XIX века (она была очень четко описана в работе Ленина «Три источника и три составные части марксизма», которая была написана в 1913 году) и в качестве главного показателя, определяющего близость системы к предстоящему краху капитализма был выбран уровень обобществления производства. Мы не будем сейчас критиковать этот подход (с нашей точки зрения главным является, как это следует из А.Смита и нашей теории, уровень глобализации рынков), поскольку сегодняшние наши знания и обстоятельства сильно отличаются от тех, с которыми работал К.Маркс и его последователи во второй половине XIX века, да и с точки зрения цели настоящей работы это не очень принципиально.

Важно то, что идея о «конце капитализма» является краеугольным камнем всей теории марксизма и, соответственно, той его части, которая называется «марксистская политэкономия». Отмечу, что привлекательность всей концепции К.Маркса (заключавшейся, скорее всего, именно в системности и едином описании всех общественных наук) создала ситуацию, при которой вся политэкономия А.Смита прибрела ярко выраженный марксистский оттенок. Разумеется, свою роль сыграло и то, что подход К.Маркса естественным образом вытекал из более раннего политэкономического дискурса, в частности, из тезиса об остановке углубления РТ в рамках замкнутой экономической системы. Иными словами, работы самого К.Маркса и его последователей были логически неотчуждаемы от всей логики развития политэкономии.

Разумеется, самим капиталистам такая концепция понравится никак не могла, в связи с чем с конца XIX века было профинансировано создание альтернативной марксизму системы общественных наук. Она включала в себя и альтернативные версии истории (которая, много раз менялась, например, в части истории II Мировой войны переписывалась только за последние десятилетия несколько раз, начав с борьбы союзников против фашистского блока и закончив борьбой «свободного» мира против «тоталитарных диктаторов» Гитлера и Сталина), и альтернативную социологию (начало которой положил Вебер) и многое другое. Но главное - это было создание альтернативной политэкономии (уже на тот момент практически марксисткой) экономической науки.

Отметим, что повторить работу К.Маркса и его последователей не удалось - системной общественной теории, альтернативной марксизму, создать так и не удалось, отдельные ее элементы никак в рамки единого целого не укладываются. Это хорошо видно и по тому, как переписывается история, и по тому, как меняются социологические приоритеты в рамках уже единого, либерально-капиталистического «мэйнстрима» (см. например, базовые статьи Ф.Фукуямы) и так далее. Но в экономической науке эти противоречия проявились наиболее ярко.

Поскольку упомянутая новая экономическая «наука» создавалась именно как идеологическая альтернатива политэкономии, она должна была не просто максимально нивелировать тезис о конце капитализма, но и позволить вообще убрать его из более широкого общественного дискурса, что позволяет нам более или менее описать ее базовые параметры. Если в политэкономии тезис о «конце капитализма» естественным образом вытекает из логической цепочки «углубление РТ - увеличение рисков - расширение рынков - единые глобальные рынки - остановка развития», то в альтернативной науке (которая получила название «economics», или, в русском написании, «экономиксизм», как мы и будем ее называть) эта цепочка должна была исчезнуть. И конец капитализма возникать в экономиксизме естественным образом не должен был, в реальности этот тезис вообще табуировали.

Поскольку спорить не только с К.Марксом, но и с А.Смитом сложно (а экономиксизм его основателями выводится как раз из А.Смита, точнее, из части А.Смита), то нужно было что-то сделать с первым звеном этой цепочки. И РТ решили вывести из одного из основных, каковым оно было со времен А.Серра, в глубоко второстепенное понятие. А для этого перевернули построение науки с ног на голову: если политэкономия строится от макроэкономики (то есть общеэкономических закономерностей, к которым относится и углубление РТ, и масштаб рынков, и объем совокупного спроса) к микро (то есть поведению отдельного человека и фирмы), то в экономиксизме все наоборот. То есть спецификой экономиксизма является попытка из микроэкономики вывести глобальные макроэкономические закономерности.

Понятно, что при таком подходе проблема конца капитализма практически исчезает (а вне экономического контекста исчезает и реально), а на первое место выходит конкуренция. Конкретная фирма и конкретный потребитель могут вполне себе процветать и без общего развития экономической системы, их поведение можно и нужно изучать. Но вот построить на такой основе общие закономерности проблематично.

На самом деле все еще хуже. Сегодня, даже при всех наших вычислительных мощностях и развитии квантовой химии не удается с помощью компьютерного моделирования взаимодействия молекул одноатомного равновесного идеального газа (например, аргона или неона) вычислить его макропоказатели, например, давление или температуру. Поскольку автор настоящей работы по базовому образованию является математиком и специалистом по теории динамических систем, а во второй половине 80-х годов занимался вопросом обоснования численных экспериментов динамического типа («т.н. «молекулярной динамики»), то млжет и объяснить, почему, но это не имеет отношения к теме настоящей статьи. Главное, что - не получается. А экономика, в некоторой интерпретации, это неравновесное взаимодействие миллиардов различного типа молекул (в том числе довольно сложных) в сосуде крайне сложной конфигурации. Понятное дело, что к этой задаче современная наука даже близко не может пока подступиться.

Да и делать это опасно. Ну представим себе, что это получится! Что мы тогда получим? Тот же самый конец капитализма? Но о нем говорить вслух в рамках капиталистической системы общественных отношений запрещено. Есть же уже теоремы, которые показывают, что в рамках конкуренции невозможно добиться устойчивого развития - и что, их кто-то принимает всерьез? В конце концов, традиционный метод получения приемлемого результата в науке - это такое неоднократное изменение условий задачи, при котором она начнет давать необходимый результат. Правда, сама задача при этом как раз и перестает отражать реальность.

Но вернемся к сопоставлению экономиксизма и политэкономии. Последняя имеет четкий и понятный механизм развития, который определяет условия существования и людей, и фирм. А вот как можно в рамках понимания правильного поведения фирмы предсказать то, насколько изменится общая конъюнктура рынка? Ведь общие условия (например, конфигурация сосуда из примера с газом) никак от поведения фирмы не зависят, а значит, изучая фирму невозможно понять, как этот самый сосуд будет меняться! В общем, проблемы.

Причем преодолеть эту проблему невозможно, поскольку попытки вывести на первые позиции макроэкономику в рамках экономиксизма невозможно - немедленно вылезет логика А.Смита и конец капитализма. Значит, нужно продолжать бессмысленные попытки объяснить необъяснимое - что мы сегодня и наблюдаем. И все попытки попенять экономиксистам (а «мэйнстримовскую» экономическую теорию представляют собой только экономиксисты), что они не могут объяснить происходящие кризисные процессы бессмысленны - табу на «конец капитализма» для них сильнее. В том числе и потому, что лежит в основе экономического языка этой «науки» (кавычки здесь представляются вполне уместными).

А с точки зрения политэкономии (точнее, «неокономики», которая, фактически, является развитием одного из направлений этой науки) сегодняшний кризис резко выделяется в череде всех предыдущих. Тут можно даже не разбираться, чем отличаются обычные циклические кризисы от кризисов падения эффективности капитала (когда, как мы уже отмечали выше, расширяющиеся системы разделения труда сталкиваются с теми или иными ограничениями), можно отметить только одно: дальнейшее расширение рынков просто невозможно, они сегодня носят абсолютно глобальный характер. И это значит, что та логика, которая для А.Смита и К.Маркса была понятной, но достаточно абстрактной, стала предельно конкретной.


4. Кризисное развитие экономики.

Дальнейшее развитие противостояния между двумя альтернативными экономическими науками будет зависеть от того, как будет развиваться экономическая ситуация. Анализ этих возможностей, опять-таки, не является предметом настоящей статьи, можно отметить только два принципиальных момента. Первый из них - это следствие постоянного эмиссионного стимулирования спроса, осуществляемое ФРС США с 1981 года. Оно привело к тому, что сегодня спрос домохозяйств в США серьезно больше, чем их реально располагаемые доходы, где-то примерно на 20-25%. Это колоссальная величина, много больше, чем была в конце 20-х годов прошлого века, когда разница не превышала 10-15%. Но тогда, в пике «Великой» (точнее, второй «великой» депрессии, первая была после кризиса 1907-08 годов) депрессии в западной Европе безработица достигала 40% от всего работоспособного населения! Сколько будет сейчас?

Масштаб кризиса можно проиллюстрировать и другими показателями. Например, сегодня реально располагаемые доходы домохозяйств в США находятся на уровне 1962-63 года (с учетом реальной инфляции). Соответственно, по мере движения экономики к реально равновесному состоянию между расходами домохозяйств и их реально располагаемыми доходами (при которых расходы упадут для домохозяйств США примерно на 50%, а доходы - процентов на 25) уровень жизни должен будет упасть до ситуации, примерно конца 30-х годов.

А можно еще и так. На момент начала «острой» стадии кризиса, осенью 2008 года, американские домохозяйства платили в качестве процентных платежей по ранее сделанным долгам в среднем около 14% реально располагаемых доходов. Сегодня эти суммы титаническими усилиями опустили до, примерно, 10.5%. Но если, как нам говорят руководители ФРС, учетная ставка поднимется с нынешнего 0% до 2-2.5%, то резко вырастут и процентные платежи домохозяйств (как минимум, в полтора-два раза с нынешних размеров). И повторение долгового кризиса будет практически неизбежно.

В любом случае, объективная оценка ситуации, которая, напомню в рамках экономиксизма невозможна, поскольку базовые механизмы, описывающие современный кризис, табуированы на уровне оснований этой науки, говорит о том, что есть два основных варианта развития событий. Первый - при котором спрос и реально располагаемые доходы граждан придут к равновесному состоянию, то есть будет осуществлен сценарий катастрофического падения мировой экономики (особенно, экономик развитых стран, в которых стимулирование спроса осуществлялось максимально активно).

Второй - будет найден новый вариант стимулирования спроса, не основанный на эмиссии доллара США. Пока виден только один вариант - это эмиссия некоторых региональных валют (евро, юань, возможно еще пока гипотетических валют Латиноамериканского экономического союза или ЕАЭС), однако не исключено, что есть и другие. В этом случае спад будет не таким сильным - но неминуема серьезная перестройка структуры мировой торговли и системы управления (то есть разрушение Бреттон-Вудской системы, в том числе приоритета МВФ в части экономической стратегии и разрушение ВТО). В частности, появление региональных систем разделения труда (как в первой половине ХХ века), которые мы в нашей книге 2003 года («Закат империи доллара и конец «Pax Americana») назвали «валютными зонами».

Второй момент - это необходимость поиска новых моделей развития экономики. Все кризисы падения эффективности капитала были очень длинными и выход из них, в общем, был осуществлен не за счет эндогенных, а за счет экзогенных факторов. Но модель развития осталась та же. Если произойдет распад мира на валютные зоны, то уровень разделения труда в них должен вернуться к показателям 30-х годов (хотя как это будет выглядеть в современных условиях совершенно непонятно) и появится возможность повторить историю ХХ века. Но этого очень бы не хотелось, поскольку нужно будет «переигрывать» и мировые войны. Значит, вопрос стоит о том, можно ли изменить модель, парадигму развития, заменить чем-то углубление разделения труда. То есть, фактически, найти замену научно-техническому прогрессу.

Все перечисленные варианты, хотя они и не дают полной картины происходящего (например, валютных зон, на которые распадется пока единая система разделения труда, может оказаться пять-шесть, может - две, а может - и одна), в общем, описывают процессы, которые неизбежно будут происходить в ближайшие десятилетия. И тем самым, можно четко сформулировать ту проблематику, которой должна заниматься экономическая наука, если она хочет, чтобы у общества сохранился к ней хотя бы минимальный интерес.


5. Предмет экономической науки на современном этапе.

С точки зрения всего вышесказанного - базовый вопрос, реальный предмет современной экономической науки - это разработка новых концепций экономического развития. Нам лично кажется, что альтернативой научно-техническому прогрессу должен стать прогресс социальный, но это просто ощущения, не подкрепленные никакими аргументами. А без решения этой задачи, в лучшем случае мы получим повторение ХХ века (как уже отмечалось, вместе с мировыми войнами), а в худшем - постоянную деградацию, возможно - до родо-племенного строя.

Второй вопрос, сильно менее фундаментальный, но ничуть не менее важный с практической точки зрения - это как остановить процессы технологической деградации в условиях падения уровня РТ. Ведь никто не гарантировал, что «свалившись» в ситуацию 30-х годов ХХ века, экономическая система, в которой нет необходимых компонентов (например, массового слоя пролетариата, технологических и энергетических технологий прошлого века и так далее), не продолжит свою деградацию. И здесь нужны очень серьезные исследования, как чисто экономические, так и социологические, причем не абстрактные, а имеющие абсолютно конкретные прикладные выходы.

В частности, есть очень простой вопрос, связанный с жизнью конкретного человека. Если он опускается по доходам до уровня 30-х годов, то и структура спроса должна быть близка к этому периоду. Но как тогда быть с колоссальной инфраструктурой образования и медицины, страховой системой и другой социальной инфраструктурой, которая выросла за прошедшие десятилетия? Или ее нужно сохранять, но тогда не очень понятно, кто и как будет ее оплачивать. Или ее нужно заменять, но тогда опять непонятно, на что.

Соответствующие исследования не проводились, а они будут остро нужны уже в ближайшее время, поскольку в противном случае нас неминуемо ждет обвальное и необратимое обрушение этих институтов, вместе с проблемами работающих в них сегодня людей. Теоретически, мы видим, как происходит деградация индустриальных социальных институтов на примере России, однако и здесь нет более или менее толковых исследований о том, как с ними можно работать в условиях серьезного падения ВВП страны и уровня жизни населения.

Третий вопрос, тоже абсолютно практический, состоит в том, как должны быть организованы те самые «валютные зоны», о которых говорили выше. Как должны быть устроены их валютные системы, как они должны взаимодействовать, как выстраивать региональные системы разделения труда (в начале ХХ века они выстраивались, в общем, достаточно стихийно, за исключением случая индустриализации в СССР), чем стимулировать спрос. Напомню, что если этого не делать, то масштаб спада будет не просто очень велик, нет никакой уверенности, что его вообще удастся остановить.

Разумеется, можно найти много других конкретных вопросов, которые необходимо будет решать экономической науке. Однако уже сказанное говорит о том, что ее предмет, по сравнению с тем, который существовал в последние десятилетия, должен очень сильно, чтобы не сказать принципиально измениться. Настолько, что уже сегодня можно говорить о том, что, через сто лет после появления альтернативной пары «политэкономия - экономиксизм» нужно переходить к их синтезу и созданию на их основе совершенно новой экономической науки.


6. Заключение

Есть два главных вывода из сказанного выше. Первый состоит в том, что вся экономическая наука ХХ века развивалась в рамках противостояния двух идеологических «платформ»: марксистской политэкономии и антимарксистского экономиксизма. Разумеется, были и другие теории и научные школы, например, «австрийская», однако и они ложились в рамки этого идейного противостояния. Развитие кризиса показало, что ни та, ни другая школа, не в состоянии предъявить четких и внятных причин и механизмов происходящего в настоящий момент экономического кризиса, причем главным образом, по идеологическим причинам.

«Неокономика», построенная на изучении РТ как главного механизма развития, возникла в рамках политэкономии и, возможно, могла бы быть построена еще в 30-е годы прошлого века. Однако политические разногласия Розы Люксембург, которая была главным теоретиком этого направления, с Лениным, привели к тому, что и в СССР соответствующее направление было табуировано и вновь возникло только в начале 90-х. Что и позволило создать модель, описывающую протекание современного кризиса.

Однако эта модель описывает именно главный механизм развития капитализма, что делает ее совершенно бесполезной для описания посткризисных реалий. Она показывает, что механизм развития, построенный на РТ достиг своего предела, она позволяет оценить масштаб предстоящего кризиса и эффективность тех или иных мер, направленных на его замедление, но она ничего не может сказать о механизмах посткризисного развития, поскольку эта задача выходит за рамки теории. И таким образом, проблема, поставленная еще Марксом, которую, усилиями капитализма удалось практически полностью «закрыть» к рубежу ХХ века, вновь встала перед человечеством в полный рост. Что будет после конца капитализма?

Второй вывод из сказанного выше состоит в том, что в условиях кризиса у человечества есть вполне конкретные и весьма практические вопросы, ответы на которые, теоретически, должны быть найдены именно в рамках экономической науки. Однако эти вопросы сегодня табуированы в рамках «мэйнстримовской» экономической теории и полностью отсутствуют в рамках политэкономии, которая уже давно никак не связана с практической хозяйственной деятельностью. Это означает, что, возможно, кризис пойдет по одному из самых «жестких» сценариев, более того, совершенно не очевидно, что его вообще удастся легко и быстро остановить.

У нас нет иллюзий, что просто постановкой вопроса ситуацию удастся исправить. Миром управляют не ученые, а элиты, для которых главным вопросом является сохранение своей власти - и если для этого нужно продолжение кризиса, они его будут продолжать. Но по мере его развития ситуация может измениться (и даже более того, скорее всего изменится), и в этом случае вопросы, рассмотренные в этой статье, с большой вероятностью станут актуальными.

МВД Германии уже пообещали добиться блокировки мессенджеров

МВД Германии планирует заставить популярные мессенджеры, такие как WhatsApp, Telegram и Threema, сотрудничать с правоохранительными органами и предоставлять тексты чатов в дешифрованном виде по решению суда. Если же сервисы откажутся предоставлять переписки, то могут быть заблокированы на всей территории страны.

О намерениях немецкого МВД как можно скорее ввести новые положения в законодательство страны стало известно в конце мая. Издание Der Spiegel со ссылкой на собственные источники сообщило, что ведомство планирует сделать это до конца 2019 года. Причина такой спешки заключается в том, что в МВД страны опасаются осложнения работы сотрудников правоохранительных органов из-за внедрения систем мобильной связи пятого поколения (5G), ведь именно кодировка сообщений может стать одним из стандартов новой сети.
По данным издания, инициатором работы с мессенджерами стал министр внутренних дел Германии Хорст Зеехофер.
Данный вопрос будет обсуждаться в середине июня на самом высоком уровне. Но в МВД Германии уже пообещали добиться блокировки мессенджеров, которые откажутся предоставлять правоохранительным органам доступ к запрашиваемой информации.

[На языке оригинала]Seehofer will Messengerdienste zum Entschlüsseln zwingen

Das Innenministerium will nach SPIEGEL-Informationen Anbieter wie WhatsApp, Threema und Telegram zur Kooperation zwingen. Sie sollen auf richterliche Anordnung Chats in lesbarer Form an Behörden geben.

Bundesinnenminister Horst Seehofer (CSU) will Sicherheitsbehörden einen Zugang zu standardmäßig Ende-zu-Ende-verschlüsselten Chats und Telefonaten ermöglichen. Messengerdienste wie WhatsApp oder Telegram sollen verpflichtet werden, auf richterliche Anordnung hin die Kommunikation ihrer Kunden mitzuschneiden und an Behörden zu schicken - in lesbarer Form, also unverschlüsselt. Wie der SPIEGEL in seiner aktuellen Ausgabe berichtet, sollen Anbieter, die dieser Pflicht nicht nachkommen, auf Anordnung der Bundesnetzagentur für Deutschland gesperrt werden können.

Bislang ist gesetzlich nur eine sogenannte Quellen-Telekommunikationsüberwachung möglich. Dafür muss man jeweils einen Trojaner auf das Smartphone von Verdächtigen spielen. Die neuen Verpflichtungen sollen bis Ende des Jahres auf den Weg gebracht werden

Bei den betroffenen Unternehmen ruft das Vorhaben Protest hervor. Wie WhatsApp bieten viele ihren Kunden eine komplette Verschlüsselung ("Ende-zu-Ende") aller Kommunikationsinhalte und haben bislang selbst keinen Zugriff auf solche Nachrichten. "Das hätte katastrophale Auswirkungen", sagt Alan Duric, Mitgründer des auch in Berlin ansässigen Messengerdienstes Wire. Das Vorhaben sei gefährlich, es würde die Anwender nicht akzeptablen Risiken aussetzen.

Ablehnend reagieren auch die Macher von Threema, von deren etwa fünf Millionen Anwendern mehr als 80 Prozent im deutschsprachigen Raum leben. "Absolute Vertraulichkeit der Kommunikation" sei "in der DNA von Threema", sagte ein Firmensprecher. "Wir sind nicht bereit, dabei irgendwelche Kompromisse einzugehen." Man besitze in Deutschland keine Infrastruktur, falle deshalb auch nicht unter deutsches Recht. Sollte Deutschland die Nutzung von Threema verhindern wollen, "würde sich das Land nahtlos in die Reihen totalitärer Staaten wie China oder Iran einreihen".

"Unabweisbare Bedürfnisse der Sicherheitsbehörden"

Das Bundesinnenministerium will das Vorhaben schnell vorantreiben, denn man sieht schon weitere Gefahren im Verzug. Die Umstellung auf den nächsten Mobilfunkstandard 5G, so die Befürchtung, könnte die Arbeit der Sicherheitsbehörden zusätzlich erschweren. Wie der ORF und die "Süddeutsche Zeitung" diese Woche berichteten, fordert der EU-Anti-Terror-Koordinator Gilles de Kerchove die Mitgliedstaaten auf, in den laufenden Prozess der 5G-Standardisierung einzugreifen, weil dort eine Ende-zu-Ende-Verschlüsselung als Teil des 5G-Standards beschlossen werden könnte. Brancheninsider, mit denen der SPIEGEL gesprochen hat, halten das jedoch aus technischen wie auch politischen Gründen für so gut wie ausgeschlossen.

Dennoch wird das Thema auf der kommenden Innenministerkonferenz Mitte Juni in Kiel behandelt. Laut einem dafür vorbereiteten Beschlussvorschlag soll die Runde mit "neuen, grundsätzlichen Überlegungen" das Problem angehen. "Die Freiheit zum Einsatz von Verschlüsselung" müsse "mit den unabweisbaren Bedürfnissen der Sicherheitsbehörden in Einklang" gebracht werden. Die Netzanbieter, so lautet der Vorschlag, könnten "verschlüsselte Kommunikation als Regelfall" einrichten - müssten aber den staatlichen Zugriff - soweit technisch möglich - "auf die Kommunikationsinhalte als gesetzlich geregelte Ausnahme für ihre Nutzer gewährleisten".

Why do many Chinese become much more nationalistic and defensive ....

Why do many Chinese become much more nationalistic and defensive about China after living in the west?

Because you guys believe in an ALTERNATIVE REALITY of China which is totally BS according to our personal experiences and have always been forcing us to admit that’s the REALITY otherwise we must be brainwashed by the evil CPC.

Some of these alternative reality pieces include:

‘Oh you know CPC killed 60 million of its own people’ (Really? why I have no relative even remotely heard of this? Where did you get these numbers?? Later in life I read that this ‘60 million’ comes from some highly assumptive statistic calculation. LOL.)

‘China is just like North Korea. People there have no freedom no money and half of them still starving. Very backward’ (The fact is you can pretty much get whatever you like in Shanghai or Beijing like you get in NYC or Chicago, at only a fraction of the cost. The middle class’ living standard has been increasingly improving. In fact, even the AVERAGE living standard in China is getting close to let’s say Poland, Brazil, or Turkey. We are a middle-income country now.)
[Spoiler (click to open)]
‘Tibetans are oppressed and want independence!’(well this is just a lie. Plain and simple. This might be the opinion of Tibetans in exile but hardly any truth is there for the great majority of Tibetans nowadays. The fact WE all know is Tibet receives massive financial aids and Tibetans receive a lot of favorable treatments in primary education, college entrance, government jobs, military jobs, and etc. Han people kinda envy these you know? Oh and their culture has been quite supported by the gov as well. In fact in pure market economy I don’t think these Tibetan singers and artists can survive, without government subsidies.)

‘All Made In China are produced in sweatshops!’ (Just visit a factory in China. In fact, nowadays the Chinese manufacturing faces lack of labor. The average income of a factory worker can be above $700 in Shenzhen. And they crave for over-time work because it earns them more $. The modern Chinese manufacturing is built upon supply-chain, efficiency, and automation. NOT sweatshops or child labor.)

‘All the Chinese who can afford oversea study are from well-off party families so that’s why they are supportive of the CPC regime. The lower class in China are very oppressed and all want to overthrow the regime! ’ (LOL. People of lower classes in China tend to be more nationalistic and supportive of CPC. For them, CPC is where their hope comes from and they kinda rely their social mobility and income increase on CPC. Plus you know how many of them scream for a war against Japan to revenge what they did to his/her great-grandfarther? And the expense of studying abroad, assume non-scholarship, is pricey but in a Confuscism culture where education is highly emphasized, can be quite good investment for a lot of urban middle-class families in China. )

So now, try to put yourself in our shoes:

You come abroad to study, and the people there want to insert some alternative reality of YOUR OWN COUNTRY into YOUR MIND, and want you to believe it is REAL thus you should go home and overthrow the gov that lifted your entire family out of poverty.

At the meanwhile, you encounter bamboo ceilings, semi-public racist media coverage of your kind, and some not-so-subtle racisms in daily life(heard of Harvard? It says we Asians have no personalities!).

Oh plus these are the same people who invaded your country from 1800s to 1900s and exploited it to keep your ancestors poor, starving, if not dead. Note during that period these people could just kill your people on your own soil WITHOUT any punishment.


Won’t all these make you more patriotic?

Мы занимали особое место в иммигрантской пирамиде.

Маккартизм на марше

https://thegrayzone.com/2019/05/28/with-russiagate-we-soviet-immigrants-were-finally-forced-to-reckon-with-the-bigotry-of-americas-elite/

https://yasha.substack.com/p/russiagate-a-coming-of-age-moment

With Russiagate, we Soviet immigrants were finally forced to reckon with the bigotry of America’s elite
[На языке оригнала]
We never knew what it was like to have the country’s media and political class brand people like us a possible threat. Until now.
By Yasha Levine


I was talking recently to a Russian acquaintance of mine who lives in the New York area. Years ago, he had studied engineering in Moscow and later transferred to a university here in the states. He told me that not long after moved, he got an unexpected visit from a couple of FBI agents who tried to recruit him.

They came right to his apartment and seemed to know everything about him. They had a detailed file which, among other things, included every application he had submitted to American universities. They also had a dossier on his old academic advisor back in Moscow containing intel about the research the professor was doing and the contracts he had with the Russian military. They wanted to know what he knew about this military work and then asked him to identify photographs of various equipment and instruments.

He was stunned by their sudden appearance and spooked by their efficiency and competence. He was also smitten with the female agent. “She was gorgeous. I would have told her anything,” he told me. But he didn’t have anything to tell. Back in Moscow he had been a nerdy kid studying engineering. He had no idea about any of the stuff they were asking.

After a while, the FBI agents left. They never contacted him again. But the message was clear: they were watching, and they could pop in at any time again.

His story is not unique. The FBI does this kind of stuff on a regular basis. By some estimates, at least a third of all international students get a similar visit from a friendly pair of agents. And given the national security panic about China and Russia being whipped up right now, I wouldn’t be surprised if that number is a helluva lot higher. Just the other week, the New York Times reported that the FBI has ramped up its surveillance, intimidation and deportation of Chinese academics in America. As FBI director Christopher Wray explained, America’s security apparatus isn’t just worried about the Chinese government. To them, all Chinese are suspect — they pose a “whole-of-society threat.” Even progressive political strategists believe China is an existential threat to America and are helping fan a bipartisan sinophobic campaign that’s ensnared people I know.

With Russia and China convulsing our body politic, my buddy’s “unremarkable” story got me thinking about how easily and naturally xenophobic panics fit into American political culture — and how, until fairly recently, Russian and Soviet immigrants like me had never really felt the brunt of these campaigns.

From my earliest days as Soviet immigrant kid in America, I’ve been primed to see this country as a unique beacon of tolerance — a place where bigotry and racism, if they exist at all, are banished to the far dark edges of society. It was a truism to us that unlike the Soviet Union — which was “closed,” “bigoted,” “paranoid,” and “repressive” — America was “open,” “tolerant” and “accepting.” Later as an adult, I came to understand just much how bigotry and systemic racism and exclusion are engrained in the politics and culture of modern America. Working as a journalist and reporting on the darkest recesses of America, it was impossible not to. But growing up in an insular, fresh-off-the-boat immigrant community in sleepy San Francisco, it was easy to believe in an idealized, whitewashed vision of the country that took us in.

Immigrant life was tough — especially for the adults. People struggled to make ends meet and to fit into a totally new society. There was the usual petty crime and a bit of violence. People hustled to make money — some succeeded, others failed and suffered. Life was hard and integration was difficult. But compared to other immigrant and minority groups, we were a relatively privileged bunch.

We were mostly Jewish and mostly seen as white. And we had a special, glorified place in American political culture: We were victims of Soviet repression and antisemitism, saved by an altruistic America. We were paraded around as a living example of American superiority and a symbol a Soviet barbarism. For most the 20th century, American lawmakers had crafted laws to specifically keep Jews out. We were “rats,” according to Wisconsin Senator Alexander Wiley, who helped craft a 1948 law to prevent victims of the Holocaust from immigrating to America. But with us it was different. Americans protested outside Soviet embassies on our behalf. Lobbyists and lawmakers from Washington DC championed our cause and put together sanctions to secure our release. We were a bipartisan project — supported by the might of the American empire.

My immigrant community was privileged in that way. And because of that, we never really worried about mass immigration raids. We weren’t punitively targeted by cops just because of the color of our skin. We weren’t seen as a terrorist threat and targeted for infiltration and entrapment by the FBI. We never turned on the TV to see ourselves dehumanized or branded as a threat from within — as enemies of the American way of life. Looking back on all the petty — and not so petty — crime we got into as kids, I’m amazed by how leniently the cops dealt with us.

We occupied a special spot in the immigrant pyramid. And because of it, we had never been in the crosshairs of a good ol’ traditional American xenophobic panic. The anti-Russian hysteria of the early 20th century and the Red Scare of the Cold War was a distant past that few us even were even aware existed. We never knew what it was like to have the country’s media and political class brand people like you a possible threat. In fact, watching other minority and immigrant groups get demonized only reinforced my community’s feeling of superiority. My fellow Soviet immigrants have never been known for their progressive racial politics — well, when you get down to it, quite a few are generic, down-the-line bigots. And so the general sense was, “We’re not like them. We’re different. And anyway, if some ethnic groups are being targeted, there must a good reason for it. America is a nation of laws, after all. People here aren’t hounded for bigoted political reasons like they are in repressive authoritarian countries.”

But this belief in the infallibility of American institutions started taking a big nose dive right around Donald Trump won the election.

For nearly four years now, Soviet and Russian immigrants have watched America’s liberal political elite shift the blame for their country’s domestic political problems away from themselves and onto a fictitious, inscrutable foreign enemy: a xenophobic campaign that put people like us — “the Russians” — at the center of everything that’s gone wrong in America. We’ve watched as this panic grew from a fear of the Russian government to an all-encompassing, irrational racist conspiracy theory that put a cloud over not just Russian nationals or Russian government officials, but anyone from the lands of the former Soviet union.

Immigrants turned on the TV to see top American security officials, politicians, respected journalists, analysts, and pundits tell national viewers that they were right to be afraid of us: Russians are devious, untrustworthy, wired to hate democracy, and genetically driven to lie and cheat. People like us pose a threat. We are a possible fifth column — whether we know it it or not, and that includes Russian pensioners and infants. In the words of Keith Olbermann, we were “Russian scum.”

In all of this, “Russian” has been a mutable category, flexible enough rope in Russian-Jews, Ukrainian-Jews, ethnic Russians, Azerbaijanis, Ukrainians and all sorts of other ethnicities. Any one of those could fit, depending on the need of the constantly evolving conspiracy theory. In America, this added up to something like three million people.

This bigoted campaign has gone on non-stop for nearly four years — and it’s come from the very top: primed by American security services and pumped out by respectable liberal media institutions. To Soviet immigrants, it’s been disorienting and confusing. It’s the first time since coming to America that we have found ourselves targeted this way.

At first it seemed like a joke. People laughed at it and mocked it. We were sure that this weird bigoted panic would pass. But when it didn’t, when it continued to grow and seep into ever corner of our liberal media, we stopped being sure of what to do. We cycled through various modes: from dismissive to angry to depressed, to repressing it altogether. But talking to people about this, I get the sense that for many of us one feeling has stayed pretty much constant: a growing contempt for America’s hallowed institutions: its press, its politicians, its national security elite.

And that’s the funny thing about this Russia panic. For years, a huge chunk of America’s political class has been screeching that “the Russians” are undermining trust in American institutions. But to many Soviet immigrants here in America, it’s precisely this xenophobic panic that’s been doing the undermining.

Soviet immigrants have always had an implicit belief in the superiority of American institutions. It’s been a religious thing for them. But seeing themselves get swept up and demonized in this way has bred disillusionment and revulsion with American politics on a level I have never seen. In that sense, Russiagate has been a coming of age moment: it has undermined their naive fresh-off-the-boat faith and gave them a personal glimpse into an America that’s paranoid, venal, and unapologetically xenophobic.

Is this coming of age a good thing? Well, I guess it had to happen at some point. But the way this disenchantment has unfolded — driven by America’s liberal ruling class — has pretty much ensured that most Soviet immigrants will come out the other end even more reactionary than they were before. And who knew that was even possible?



Мы никогда не знали, на что это похоже, когда потенциальную угрозу для нас представляют наши СМИ и политический класс нашей страны.

В то время как Россия и Китай осуждали нашу политику, «непримечательная» история моего приятеля заставила меня задуматься о том, как легко и естественно ксенофобская паника вписывается в американскую политическую культуру - и как до недавнего времени такие русские и советские иммигранты, как я, никогда не чувствовали на себе тяжести этих кампаний.

С самых ранних дней, когда я был советским иммигрантом в Америке, я был склонен видеть в этой стране уникальный маяк толерантности - место, где фанатизм и расизм, если они вообще существуют, изгнаны в самые темные края общества. Для нас было трюизмом, что в отличие от Советского Союза - который был «закрытым», «фанатичным», «параноидальным» и «репрессивным» - Америка была «открытой», «терпимой» и «принимающей». Позже, став взрослым, я просто понял, насколько фанатизм и системный расизм и изоляция укоренились в политике и культуре современной Америки. Работая журналистом и освещая самые темные уголки Америки, невозможно было этого не делать. Но, я вырос в замкнутом, новомодном иммигрантском сообществе в сонном Сан-Франциско,и было легко поверить в идеализированное, выбеленное видение страны, которая нас приняла.

Жизнь иммигрантов была тяжелой [Spoiler (click to open)]- особенно для взрослых. Люди боролись за то, чтобы свести концы с концами и вписаться в совершенно новое общество. Были обычными мелкие преступления и немного насилия. Люди торопились зарабатывать деньги - некоторые преуспели, другие потерпели неудачу и пострадали. Жизнь была тяжелой, а интеграция - сложной. Но по сравнению с другими группами иммигрантов и меньшинств мы были относительно привилегированной группой.

Мы были в основном евреи и в основном нас воспринимали как белых. И у нас было особое прославленное место в американской политической культуре: мы стали жертвами советских репрессий и антисемитизма, спасенных альтруистической Америкой. Нас выставили напоказ как живой пример американского превосходства и символ советского варварства. В течение большей части 20-го века американские законодатели разработали законы, специально запрещающие евреям оставаться в стороне. Мы были «крысами», согласно сенатору от штата Висконсин Александру Вили, который помог разработать закон 1948 года, чтобы предотвратить иммиграцию жертв Холокоста в Америку. Но с нами все было иначе. Американцы протестовали перед советскими посольствами от нашего имени. Лоббисты и законодатели из Вашингтона защищали наше дело и приняли санкции, чтобы обеспечить наше освобождение. Мы были двухпартийным проектом, поддерживаемым мощью американской империи.

Моя иммигрантская община была в этом привилегирована. И поэтому мы никогда не беспокоились о массовых рейдах иммиграционного контроля. Мы не были наказаны копами только из-за цвета нашей кожи. Мы не рассматривались как террористическая угроза и не преследовались ФБР. Мы никогда не включали телевизор, чтобы встретить там обвинения в нашей неполноценности или заклейменными как внутренняя угроза и враги американского образа жизни. Оглядываясь назад на все мелкие - и не такие мелкие - преступления, в которые мы попали, будучи детьми, я поражен тем, насколько мягко с нами справились копы.

Мы занимали особое место в иммигрантской пирамиде. И из-за этого мы никогда не сталкивались с традиционной американской ксенофобской паникой. Антироссийская истерия начала 20-го века и Красная паника холодной войны были далёким прошлым, о котором даже некоторые из нас даже не подозревали. Мы никогда не знали, каково было, чтобы в СМИ и политическом классе страны такие люди, как вы, представлялись возможной угрозой. Фактически, наблюдение за демонизацией других групп меньшинств и иммигрантов только усилило чувство превосходства моей общины. Мои коллеги, советские иммигранты, никогда не были известны своей прогрессивной расовой политикой - ну, если вы углубитесь в эту тему, то довольно многие из них являются родовыми фанатиками. Итак, общий смысл был: «Мы не такие, как они. Мы разные. И в любом случае, если некоторые этнические группы подвергаются нападениям, должна быть веская причина для этого. В конце концов, Америка - это нация законов. Люди здесь не преследуются по фанатичным политическим причинам, как в репрессивных авторитарных странах ».
Но эта вера в непогрешимость американских институтов начала широко сталкиваться с вопросом о том, как Дональд Трамп победил на выборах.

Вот уже почти четыре года советские и российские иммигранты наблюдают за тем, как либеральная политическая элита Америки перекладывает вину за внутренние политические проблемы своей страны с себя на фиктивного, непонятного иностранного врага: ксенофобская кампания, которая ставит таких людей, как мы - «русских» - в центре всего, что пошло не так в Америке. Мы наблюдали, как эта паника выросла из страха перед российским правительством до всеобъемлющей, иррациональной расистской теории заговора, которая втягивает в себя не только российских граждан или российских правительственных чиновников, но и всех, кто живет на землях бывшего Советского Союза.

Иммигранты включили телевизор, чтобы увидеть, как высокопоставленные представители служб безопасности США, политики, уважаемые журналисты, аналитики и эксперты говорят национальным зрителям, что они были правы, боясь нас: россияне лживы, ненадежны, ненавидят демократию и генетически склонны лгать и обманывать. Такие люди, как мы, представляют угрозу. Мы являемся возможной пятой колонной - знаем ли мы это или нет, и в нее входят российские пенсионеры и дети. По словам Кейта Олбермана, мы были «русскими подонками».

Во всем этом «русский» был изменчивой категорией, достаточно гибкой формулировкой для русских евреев, украинцев-евреев, этнических русских, азербайджанцев, украинцев и всех других этнических групп. Любой из них может подойти, в зависимости от необходимости постоянно развивающейся теории заговора. В Америке это составляет около трех миллионов человек.

Эта фанатичная кампания безостановочно продолжается почти четыре года - и она идет с самого верха: она основана на американских службах безопасности и поддерживается респектабельными институтами либеральных СМИ. Советских иммигрантов это дезориентирует и сбивает с толку. Впервые с тех пор, как мы приехали в Америку, мы оказались целью всего этого.

Сначала это казалось шуткой. Люди смеялись над этим и высмеивали это. Мы были уверены, что эта странная фанатичная паника пройдет. Но когда этого не произошло, когда оно продолжало расти и проникало во все уголки наших либеральных СМИ, мы перестали быть уверенными в том, что нам делать. Мы циклически проходили через различные способы реакции: от пренебрежительного до сердитого, от депрессивного до полной подавленности. Но, говоря об этом людям, я чувствую, что для многих из нас одно чувство остается почти постоянным: растущее презрение к священным институтам Америки: ее прессе, ее политикам, ее элите национальной безопасности.

И это самое смешное в этой панике о России. В течение многих лет огромный кусок политического класса Америки кричал, что «русские» подрывают доверие к американским институтам. Но для многих советских иммигрантов здесь, в Америке, именно эта ксенофобская паника подрывала доверия к этим институтам. Советские иммигранты всегда верили в превосходство американских институтов. Для них это было религиозно. Но когда их самих заметили и демонизировали, это вызвало в них разочарование и отвращение к американской политике на уровне, которого я никогда не видел. В этом смысле Russiagate стал моментом совершеннолетия: он подорвал их наивную свежую веру и дал им возможность взглянуть на Америку, которая является параноидальной, продажной и непримиримо ксенофобской.

Является ли это совершеннолетие хорошей вещью? Ну, я думаю, это должно было произойти в какой-то момент. Но то, как проявилось это разочарование - под влиянием либерального правящего класса Америки - в значительной степени гарантировало, что большинство советских иммигрантов выйдут из этой истории даже более реакционными, чем они были раньше. И кто знал, что это вообще возможно?

Экономический ликбез для айтишников

https://habr.com/ru/post/453976/

Здравствуйте, дорогие айтишники!

Прекратите ковырять пальцем в носу, лучше прослушайте учебный курс по экономике. Из курса вы узнаете о важнейших экономических понятиях, в результате чего станете умными-преумными. А если правильно ответите на вопросы, родители купят вам мороженое и сводят в зоопарк.




Задачка 1

В тридевятом царстве, тридесятом государстве выращивал дедка репку, а курочка Ряба несла яйца.

Захотел дедка яичницы и спрашивает у курочки Рябы:

— Не хочешь обменяться? Ты мне яйца, а я тебе репку.
— Я репку люблю поклевать, – отвечает курочка Ряба.

Сошлись на том, чтобы обменять 4 яйца на 1 репку.

Вопросы на засыпку:

а) Сколько яиц, по согласованному курсу, стоит 1 репка?
б) Сколько репок стоит 1 яйцо?

Правильные ответы:


а) 4 яйца.
б) 0,25 репки.

Задачка 2

Захотелось курочке Рябе поклевать репки, а снести яиц она в этот день поленилась. Как быть?
Говорит дедке:
— Отгрузи репку в долг, пожалуйста.
Дедка отвечает:
— Да ты, рябая, позабудешь, что в долг взяла, и яиц потом не отдашь.
— Нет, не позабуду. Вот тебе перышко. Предъявишь мне завтра, а я тебе за перышко должок верну.
— Хорошо, — согласился дедка.
Отгрузил курочке Рябе репку, а в обмен взял перышко.
Назавтра дедка вернул курочке Рябе перышко, а взамен получил обещанные яйца.

Вопросы на засыпку:

а) Сколько стоило перышко до начала данной операции?
б) Сколько стоило перышко после начала операции, но до ее завершения?
в) Сколько стоит перышко после завершения операции?
[Spoiler (click to open)]
Правильные ответы:

а) Ни фига оно не стоило.
б) 1 репку или 4 яйца.
в) Ни фига оно не стоит.

Задачка 3

Захотел дедка заполучить собачьей шерсти для лечения радикулита. Жучка в обмен на репку согласна дать шерсти, сколько нужно. Да вот беда: выращенная дедкой репка отдана курочке Рябе в обмен на перышко.

Говорит тогда дедка Жучке:
— А ты возьми перышко. Завтра отдашь его курочке Рябе, а взамен получишь яйца.
Жучка с радостью согласилась и позволила дедке надрать из себя собачьей шерсти.
Вылечил дедка разыгравшийся радикулит и думает:
«Знать, в куриных перышках волшебная сила сосредоточена, раз на них все, что угодно, можно приобрести».

Вопросы на засыпку:

а) Почему дедка так подумал?

Правильные ответы:


а) Совсем старик из ума выжил.

Задачка 4

Курочка Ряба кое-что смекнула и говорит:
— А давайте все продукты в перышках оценивать!
Дедка почесал репу и ответил:
— Почему бы и нет? Какая разница, в чем оценивать, если пропорции обмена установлены?!
И Жучка в знак согласия что-то протявкала.
Так производимые на ферме продукты стали оцениваться в куриных перышках.

Вопросы на засыпку:

а) Прав ли дедка в том, что при неизменности пропорций обмена безразлично, в чем оценивать продукты?
б) Зачем курочке Рябе понадобилось оценивать продукты в перышках?

Правильные ответы:

а) Прав.
б) Курочка была вовсе не дурочка. Она вдаль смотрела.

Задачка 5

Теперь продукты начали не обмениваться один на другой, а продаваться-покупаться за куриные перышки.

Если дедке нужны были яйца, он платил курочке Рябе 1 перышко и получал за него 4 яйца.
Если курочке Рябе нужна была репка, она платила дедке 1 перышко и получала за перышко 1 репку.

Вопросы на засыпку:

а) В чем отличие купли-продажи от рассмотренного ранее одалживания?
б) Какое количество перышек находилось в обращении раньше, при одалживании?
в) Какое количество перышек находилось в обращении отныне, при купле-продаже?

Правильные ответы:

а) В том, что при купле-продаже перышки не изымаются из обращения после завершения операции, как при одалживании.
б) Равное сумме долгов. При возникновении долга количество перышек в обращении увеличивалось, при погашении долга уменьшалось.
в) Произвольное количество, введенное в обращение курочкой Рябой.

Задачка 6

Вскоре курочка Ряба сообразила, что незачем ей нестись. Зачем, если проще надрать из хвоста перышки и расплатиться ими?!

Потом подумала еще и решила все-таки нестись, но не простыми яйцами, а золотыми, для украшения курятника.

Как решила, так и сделала.

Вопросы на засыпку:

а) Можно ли сказать, что после того, как курочка Ряба перестала нестись простыми яйцами, она стала нахлебницей?
б) Зачем украшать курятник золотыми яйцами?

Правильные ответы:

а) Не можно, а нужно.
б) Курочка Ряба свихнулась на почве обогащения.

Задачка 7

Однажды бабка попыталась расплатиться за продукты воробьиным перышком.
— Да ты чего?! – тут же закудахтала курочка Ряба. – Так нельзя, не полагается! За такое глаза выклевывать надо!
Дедка оторопел от курочкиного кудахтанья и говорит бабке:
— Ты, старая, того… Не нервируй птицу лишний раз, она и без того в последнее время какая-то озабоченная, на людей с кулаками бросается.
— Ладно, не буду, — отвечает бабка.
С тех пор о том, чтобы расплатиться за продукты воробьиными перышками, никто даже не заикался.

Вопросы на засыпку:

а) Чем отличается воробьиное перышко от куриного?
б) Почему курочка Ряба так разволновалась?

Правильные ответы:

а) Ничем.
б) Если бабка начнет расплачиваться за продукты воробьиными перышками, она сможет выйти на пенсию. Кто тогда станет производить продукты, чтобы курочка Ряба обменивала их на свои перышки?!

Задачка 8

Клевать курочке Рябе хотелось постоянно, а перьев в хвосте почти не осталось. Тогда курочка Ряба сказала мышке:
— Какая-то ты худая. Недоедаешь, что ли?
— Недоедаю, — призналась мышка.
— Возьми три перышка, поешь как следует и поработай с новыми силами. А через неделю вернешь четыре перышка. И тебе хорошо, и мне польза.
Мышка почесала впалый живот и согласилась.
С того дня курочка Ряба перестала выдирать перышки из своего хвоста, а начала раздавать в долг, под проценты.

Вопросы на засыпку:

а) Выиграла или проиграла мышка от того, что взяла в долг у курочки Рябы 3 перышка?
б) Сколько мышка выиграла или проиграла?

Правильные ответы:

а) Проиграла.
б) 1 перышко.

Задачка 9

Однажды дедка с бабкой заглянули в курятник и ахнули от несметного количества золотых яиц, снесенных курочкой Рябой.

Дедка хотел забрать золотые яйца, но курочка Ряба не позволила.
— Куда руки протянул? Мои золотые яйца перышек стоят! – прокудахтала она.
Лишних перышек у дедки с бабкой не было, все на еду уходили. Поэтому они не тронули золотых яиц курочки Рябы.
На всякий случай курочка Ряба наняла Жучку, чтобы охранять курятник от непрошеных посетителей. Перышек у курочки Рябы к тому времени было столько, что она могла себе это позволить.

Вопросы на засыпку:


а) Смог ли дедка лечить свой радикулит после того, как Жучка нанялась охранять курятник?

Правильные ответы:

а) Не смог. Жучка перестала давать дедке шерсть, потому что теперь получала перышки от курочки Рябы.

Задачка 10

Дедка призадумался, отчего это он целыми днями выращивает-выращивает репку, а перышек у него не прибавляется, тогда как курочка Ряба и яиц-то нормальных не несет, а курятник весь в золоте и перышек в углу несколько мешков сложено.

Курочка Ряба заметила задумчивость дедки и говорит ему:
— Что-то не нравится? Хорошо, давай от перышек избавляться. Станем на бумажке записывать, у кого сколько перышек имеется.
Так и сделали.

Теперь при каждой купле-продаже со счета покупателя списывалась определенная сумма перышек, а на счет продавца прибавлялась. Только все равно дедка не стал богаче, тогда как курочка Ряба разбогатела до неприличия.

Вопросы на засыпку:

а) Почему дедка не обогатился от изъятия перышек из обращения?
б) Зачем курочке Рябе понадобилось изымать перышки из обращения?

Правильные ответы:

а) Какая разница, обмениваться наличными перышками или записывать имеющееся количество на бумажке?! Что в лоб, что по лбу.
б) Теперь курочка Ряба могла не вырывать перышки из своего хвоста, и не зарабатывать перышки посредством их одалживания под проценты, а просто вписывать в свою бумажку нужное их количество.

Задачка 11

В конце концов дедка настолько отощал, что принялся открыто выражать недовольство радикулитом.
— Так радикулит замучил или перышки мои разонравились?! – под злобное тявканье Жучки прокудахтала курочка Ряба. – Хорошо, будь по-твоему. Предлагаю вовсе отказаться от куриных перышек, а вместо них ввести криптойны.
— Как думаешь, стоящее это дело? – поинтересовался дедка у внучки.
— Ты чо, старче, совсем не вчухиваешь?! – восторженно затрясла внучка косичками. – Криптойны – самое крутое, что только может быть, последний писк современных технологий. Они же на основе блокчейна!
Дедка не знал, что такое блокчейн, поэтому согласился на криптойны.
Курочка Ряба закупила оборудование и принялась майнить криптойны. А у дедки не хватило перышек, чтобы купить на них оборудование для майнинга, пришлось опять репку на огороде выращивать.

Вопросы на засыпку:

а) В чем разница между записью перышек на бумажке и криптойнами?
б) Какое образование было у внучки?
в) Почему внучка посоветовала дедке с бабкой соглашаться на криптойны?

Правильные ответы:


а) В том, что с записью на бумажке можно ознакомиться, а количество криптойнов у курочки Рябы и не узнаешь.
б) Айтишное.
в) Малолетняя дура потому что. Она перепутала техническую реализацию средств обмена с их экономической сущностью.

Задачка 12

Надоела дедке эта катавасия. Взял он суковатую палку и для начала отколотил Жучку как следует. Потом зашел в курятник и свернул курочке Рябе шею. А что прикажете делать, если курица несет не яйца, а чушь всякую?!

Сварил дедка из курочки Рябы куриный суп и накормил им свое семейство. Тут и сказке конец, а кто дочитал до конца, может получить диплом MBA.

Вопросы на засыпку:

а) Правильно ли поступил дедка?
б) Кто теперь будет нести яйца?
в) При чем здесь диплом MBA?
г) Что дедка сделал с золотыми яйцами?

Правильные ответы:

а) Правильно. Куриный суп – вкусный, не помирать же с голоду?!
б) Никто. Придется заводить новую курочку, вероятно.
в) Ни при чем.
г) Приобрел на них оборудование для майнинга.

первая и наиболее жесткая проверка на прочность

https://aurora.network/articles/6-jekonomika/68032-tak-i-nachinaetsja-tret-ja-mirovaja

третирование Huawei – один из элементов подавления технологического доминирования Китая и уже потом компонент торговой войны. То, насколько жестко Китай ответит на такой вызов повлияет на вектор противостояния США-Китая. Отсутствие какого либо симметричного, сопоставимого ответа даст американской стороне карт-бланш на новые эпизоды подлости и существенно подорвет основу технологического доминирования Китая непосредственно внутри Китая. Huawei – не просто одна из китайских компаний , это символ успеха.

Если США по одному щелчку удастся сломать об колено мирового лидера с выручкой более 100 млрд долларов, то геополитический статус Китая не стоит ничего и уже скоро Китай в своем развитии откатится на много лет назад, потому что это даст сигнал другим китайским компаниям, что функционирование по китайским правилам просто опасно для жизни. Нет никакой защиты, нет никакой гарантии выживания. Значит, что другие действующие китайские компании приобретут дух естественного компрадорства и начнут искать покровительства, защиты у американской стороны, а новые технологические импульсы могут даже не реализоваться. Это станет первым фундаментальным поражением Китая на мировой арене. Пока мы видим, что США имеют значительное превосходство в этой войне и гораздо большее число рычагов давления, управления. Меньше, чем за две недели авангард китайских технологий был поставлен под угрозу банкротства, либо, как минимум, существенного падения выручки до 40-50%.

Отсюда противостояние в контексте травли Huawei имеет гораздо большее значение, чем многие думают. Следим за ответом Китая, однако все то, что было до этого вселяет некие опасения, потому что действия Китая были, по меньшей мере, непропорциональны, ассиметричны в ущерб себе.
Подробнее на https://aurora.network/articles/6-jekonomika/68032-tak-i-nachinaetsja-tret-ja-mirovaja

Шок прозападной части китайской элиты

Шок прозападной части китайской элиты, привыкшей к симбиозу с США, сопоставим с шоком 22 июня 1941 года и вызывает у неё взрыв патриотизма и священной ярости.

https://aurora.network/articles/153-geopolitika/68039-kitay-otvetit-zonoy-juanja

США ... сейчас требует от Китая отказа уже не столько от денег, сколько от его общественного строя, доказавшего за 40 лет превосходство над капитализмом. Ведь желаемое прекращение господдержки высоких технологий и отказ от их форсированного развития, по сути, — изменение способа организации общества на качественно менее эффективный, который США могут надеяться победить.

Требование фактического самоубийства Китая — ещё и старт избирательной кампании Трампа, ибо расколотую элиту США объединяет лишь вражда к непосильно эффективному Китаю.

Здесь нет возможности для компромисса, ибо капитализм живёт, пока расширяет рынки.

Когда-то американские корпорации построили для Гитлера экономику, не способную жить без постоянного грабежа других стран и, соответственно, без захватнических войн, ставшую поэтому «ледоколом» для их господства над Западной Европой.

Сегодня США сами не могут жить, не захватывая чужих рынков. Их неконкурентоспособность по сравнению с Китаем требует протекционизма и принуждения, вплоть до уничтожения независимости Китая, как во времена опиумных войн.

То, что Трамп объявил «грабежом» весь китайский экспорт в США, — чёткое выражение позиции: «Карфаген должен быть разрушен», сотрудничество с ним нетерпимо.

Китай не похоронит Huawei и не откажется от суверенитета; Железный Си не ляжет в одну политическую могилу с Горбачёвым.

Стратегическим ответом Китая на агрессию CIF может быть лишь создание валютной зоны юаня, в отличие от евро не зависящей от доллара. Оседлавшие глобализацию и накопившие триллионы долларов китайцы не хотят этого не меньше американцев, но логика истории не оставляет им иного пути самосохранения.